Цитаты на тему «» — страница 109

Я живу своей жизнью, я делаю то, что я, черт побери, хочу сделать и мне наплевать. А по слухам, я был геем, сломал шею, когда прыгал со сцены в толпу, кем я только не был — и сатанистом, и белым расистом…

Ее убили около четырех утра. Мы бы показали вам фото с места преступления, но вы и его в рамку запихнете...

— Эти вишни у вас совсем недавно? — Он плавно очертил круг чайной ложкой, подумав про себя: «Не комната, а какой-то вишневый сад».
— По-вашему, их слишком много? — спросила миссис Оливер. — С обоями так трудно угадать. По-вашему, прежние были лучше?
Пуаро напряг память , и перед глазами всплыло множество диковинной расцветки тропических птиц в гуще джунглей. Он чуть было не сказал: «Plus са change, plus s'est la meme chose», но удержался.

Минимум информации лучше, чем враньё.

— Как это — материнство ?
— Это пугает и очаровывает одновременно. И изматывает. Признаюсь честно, где-то с месяц после родов я глубоко в душе мечтала отправить близнецов обратно.

— Мир вам, дети мои! Куда собрались?
— Мы идём в Вирисдейл, святой отец , на исповедь .
— Дочь моя, я отпущу грехи твои не хуже самого папы римского.
— Пожалуй, и правда , Мария, мне не стоит ходить в Вирисдейл. Я буду исповедоваться отцу Туку.
— Я нашёл хорошее местечко, где никто не помешает исповедоваться.

Почему жестокая реальность жизни и смерти ранит одних больнее, а других легче? Смерть Уны вышибла почву из-под ног у Самюэла, пробила ограду его твердыни и впустила старость . А вот Лизу, любившую своих детей никак не меньше, чем Самюэл, это несчастье не убило, не искалечило. Жизнь Лизы продолжала идти ровно. Погоревав, она пересилила горе . По-моему, дело в том, что Лиза принимала мир так же, как Библию,  — со всеми парадоксами и превратностями. Смерть была ей немила, но Лиза знала, что смерть существует, и приход ее не потряс Лизу. <...> Для Лизы смерть была просто смерть , заранее обещанная и жданная. <...> У Лизы не было привязанности к месту, к дому. Дом — это лишь промежуточная остановка по пути на Небеса. Труд сам по себе был ей малоприятен, но она трудилась, ибо иначе нельзя. И утомилась Лиза. С каждым утром ей все тяжелее становилось вставать с постели, одолевать ломоту и онемелость, хоть она их неизменно одолевала. И Небеса вставали перед ней желанной пристанью, где одежда не грязнится, где не надо готовить еду и мыть посуду. По секрету говоря, она не все небесное одобряла без оговорок. Слишком много там пения, и непонятно, как Избранные — при всей их праведности — могут долго выдерживать райское обетованное безделье . Нет , она и на небе найдет себе работу. Там непременно сыщется чем занять руки — прохудившееся облачко заштопать, усталое крыло растереть лекарственным бальзамом. Время от времени придется, может, перевертывать у небесных хламид воротники — и, положа руку на сердце , не верится, чтобы даже и на Небесах не завелось где-нибудь в углу паутины, которую надо снять тряпкой, навернутой на швабру.

Самовлюбленная женщина, не видящая ничего, кроме своего воображаемого двойника, уничтожает себя. Ее воспоминания застывают, поведение становится шаблонным, она повторяет одни и те же слова и жесты, из которых постепенно исчезает всякий смысл . Именно этим объясняется то жалкое впечатление , которое производят многие женские «дневники» и написанные женщинами «автобиографические произведения». Занятая одним лишь самовосхвалением женщина, которая ничего не делает, не реализуется как личность и, следовательно, восхваляет ничтожество .

Женщины — сказочные создания, и мне пришлось стать волшебником.

— Вы пришли на концерт?
— Нет , я собирался на лекцию по навигации, неужели я ошибся?

Танцевать — скакать под веселую музыку, чаще всего в обнимку с женой или дочерью ближнего своего. Есть много всяких танцев, но те, где заняты кавалер и дама, имеют две особенности: они нарочито целомудренны, но их почему-то очень любят развратники.

— Спрячемся в лесу.
— В Шервудском лесу водятся призраки .
— Или рискнем, или сами превратимся в призраков!

— Вы хотите сказать, что янки сильнее нас?
— Да, именно. У них есть заводы, флот , шахты, судоверфи, а у нас только рабы, хлопок и дикая спесь.

Все эти сведения о внешности Михаила Никифоровича и некоторых его особенностях я сообщаю на тот случай , если вдруг кто-то из предполагаемых моих читателей забредет в Останкино, увидит Михаила Никифоровича и сообразит: «Вот он, тот самый…» Но вполне вероятно, что он примет за Михаила Никифоровича и кого-нибудь другого. Виноват тут будет автор. Он воспитан на пренебрежительном отношении к описаниям внешности персонажей, полагая вместе с другими, что в двадцатом веке в этом нет нужды. Что словесные портреты должны занимать более милицию, нежели литературу. Есть фотографы. А ты сколько ни пыжься, все равно опишешь человека так, что всякий увидит его по-своему.

Все дома, когда их укутал снег , стали похожи друг на друга: белая лужайка, белая подъездная дорожка, белая крыша, углы скруглены, все очертания утратили резкость. Никто, проезжая мимо, не смог бы догадаться, что в одном доме живет счастливая семья , в другом — несчастная и неполная, а в третьем — логово демона.

— Сенсей, Кид умер!
— Пусть лежит.
(— Учитель, Кид сдох.
— Пусть валяется.)

[Бёрр] Ваше Превосходительство, сэр!
[Вашингтон] Кто вы?
[Бёрр] Аарон Бёрр, сэр.
Разрешите изложить свои доводы?
[Вашингтон] Продолжайте…
[Бёрр] Сэр, я был капитаном под командованием генерала Монтгомери,
Пока он не поймал пулю в шею в Квебеке, и, если говорить вкратце,
Я думаю, что мог бы быть вам полезен.
Я восхищаюсь тем, как вы держите британцев
На расстоянии выстрела.
[Вашингтон] Ха!
[Бёрр] У меня есть пара вопросов, несколько предложений:
Нужно сражаться, вместо того чтобы спасаться бегством на запад .
[Вашингтон] Да?
[Бёрр] Ну…
[Гамильтон] Ваше Превосходительство? Вы хотели видеть меня?
[Вашингтон] Входите, Гамильтон. Вы знакомы с Бёрром?
[Гамильтон] Да, сэр.
[Гамильтон и Бёрр] Мы постоянно сталкиваемся где-нибудь…
[Бёрр] Как я уже сказал, сэр,
Ваша стратегия исчерпала себя.
[Вашингтон] Бёрр?
[Бёрр] Сэр?
[Вашингтон] Закройте дверь с той стороны.

Воспитанные люди , стукнув молотком по пальцу, непроизвольно поминают свою воспитанность.

Мнение художников о нас обычно совпадает с нашим мнением об их произведениях.

— О нет , мой хвост!
— Именно поэтому я дружу с вами, другие девчонки кричат «О нет , мой макияж !»