Цитаты на тему «» — страница 48

Она всегда была счастливой, ну, или казалась такой. Люди, находившиеся с ней рядом, всегда улыбались и чувствовали успокоение. Но однажды, когда она не ожидала меня встретить, я заглянул в её глубокие глаза и то, что я в них увидел, ввело меня в ступор. Казалось бы, ну что так могло испугать в этом искреннем, открытом взгляде. На глубине этих глаз я познал тоску матери по навеки ушедшему ребёнку, грусть тысячи разбитых сердец, которые уже никогда не будут биться, слёзы миллионов детей, которым не суждено почувствовать прикасновение родных рук и услышать слова любви от близких, на миг я представил, что даже слышал последний вздох умирающей девы на руках избранника... «Привет»-сказала она мне, на этот раз сухо улыбнуышись и резко отвела глаза. Только после этого я пришёл в себя. «Привет»-ответил я, с трудом зглотнувши ком в горле. «А я сегодня уезжаю, навсегда уезжаю, папа ночью плохо спал, а потом перестал дышать. Наверное, ушёл следом за мамой. У меня никого не осталось, больше у меня никого нет...»-дрожащим голосом произнесла она и стёрла озябшей рукой навернувшуюся слезинку. «Прости, что тебе пришлось это узнать, я не хотела...»-прошептала она и поторопилась прочь от меня. Я повернулся и смотрел ей вслед, но что-то потянуло меня за ней, за её забавными рыжими волосами, выглядывавшими из-под шапки. Я быстрым шагом перегнал её, встал перед ней и крепко-крепко обнял, как не обнимал никого и никогода. «Это ты меня прости»-через некоторое время пробормотал я и расцепил объятия. «Прощай»-и это было последнее, что я слышал. После того дня я больше никогда её не встречал. Прошло уже так много лет, а я до сих пор помню эту милую девчонку с невероятно глубокими глазами...

Она отлично знает дискографию,
Иконографию религии любой,
Сама умеет делать шелкографию,
Играет в мафию сама с собой.

Кто жил в одиночестве – нетороплив.

Сказать, что мы никогда не остаемся одни, стало уже общим местом. Мы окружены существами и вещами, связи с которыми поддерживаем. Мы — с другими: посредством зрения, соприкосновения, сопереживания, посредством совместной работы. Все эти связи переходные: я касаюсь предмета; я вижу другого. Однако я не есмь другой. Я — это я сам. Мое бытие , тот факт, что я существую, — мой акт-существования — представляет собою нечто совершенно непереходное, безинтенциональное, безотносительное. Существа могут обменяться между собою всем, кроме своего акта-существования. В той мере, в какой я есмь, я есмь монада. Именно благодаря моему акту-существования у меня нет ни окон, ни дверей, а вовсе не потому, что я содержу в себе нечто, что не могу передать. Непередаваемое — это то, что укоренено в мое бытие , то, что принадлежит исключительно мне. Таким образом, никакое расширение моих знаний и средств самовыражения не затрагивает моей связи с актом-существования, связи прежде всего внутренней.

Одиночество — это ночной кошмар. Сновидение, в котором ты гонишься за ускользающим от тебя человеком.

Кто к чертям, скажите, выдумал эту весну?
Мне надо просто расслабиться, просто побыть одному...