Цитаты на тему «» — страница 108

Ганди, ты так часто трёшь свою маковку, что волосы растут внутрь тыковки!

— Рио, почему ты выбрала именно меня? — спрашивает он.
— Я очень долго прислушивалась, — ответила я. — И поняла, что ничей больше голос в мире не звучит так надёжно, как твой.

— О, боже! Это фантастика . Ты должна попробовать. [ест гамбургер]
— Только не спрашивай их, откуда в нём мясо .
— Хаксли, что ты имеешь в виду?
— Ты видел здесь коров?
— Крыса? [продавщице по-испански] Que es este carne?
— Este carne es de rata!
— Крысы ? То есть это крысбургер? Неплохо. По крайней мере, это лучший бургер, который я ел за последние годы .
— Oh, God! This is fantastic. You must try one.
— Just don't ask them where the meat comes from.
— Huxley, what's that supposed to mean?
— Do you see any cows around here, detective?
— Que es este carne?
— Este carne es de rata.
— Rat? This is a rat burger? Not bad. Matter of fact this is the best burger I've had in years.

Тесса не призналась бы в этом даже себе самой, но на самом деле ей ужасно нравилось спасаться бегством. Пожалуй, никогда и нигде не бывала она так счастлива, как в дороге. В случае удачи мечта о каком-то неведомом, прекрасном месте становилась настолько захватывающей. что удавалось забыть обо всём на свете. И всегда, без исключения , достигнув цели путешествия , она чувствовала смутное разочарование . Точно приехала не в то, желанное, а в немножко иное место .

Жизнь слишком коротка, чтобы быть беспечными и злобными.

Я ищу глаза , а чувствую взгляд ,
Где выше голов находится зад.
За красным восходом розовый закат .

На каждого мудреца — девять грамм свинца.

Мы хотим всем завладеть, как будто у нас есть время всем обладать.

Масштаб личности — определяется масштабом окружения ее врагов!

Я как замороженный стейк, который бросают в кипящее масло: ничего не чувствую, но все равно мне плохо .

Даже у самого плохого человека можно найти что-то хорошее , если его тщательно обыскать…

Есть такое автомобильное правило трёх «д»: дай дорогу дураку.

... страдания и бедствия для того и даются, чтобы вопрос «за что?» превратился в вопрос «для чего?», и тогда заканчиваются бесплодные попытки найти виновного, оправдать себя, получить доказательства собственной невиновности и рушится выдуманный жестокими и немилосердными людьми закон соизмеримости греха с тяжестью наказания, потому что нет у Бога таких наказаний, которые обрушиваются на невинных младенцев.

По-русски осень , как и женщина, зовется она — это и есть женщина, выполнившая все свои обеты и потому спокойная в ясности предзимнего ожидания , синеглазая до боли, пристальная во всех своих затаенных чувствах вдовы, которая вспоминает прошлое , одиноко ложась в холодную, пробитую пушистым инеем постель .

Он шел к вершине по спирали. «Этот что-то крутит», – говорили о нем.

Мысль иссушится в мелкий порошок.
И когда
останется смерть одна лишь ей,
тогда...
Я знаю хорошо —
вот что будет дальше.

«Плодик». Какая странная ботаника. Человекоплод. Человекокорнеплод. А я — человекоплодоножка. Человекоплодовая культура .

— Ты... кто... такая? — спросила Синяя Гусеница. <...>
— Сейчас, право , не знаю, сударыня, — отвечала Алиса робко. — Я знаю, кем я была сегодня утром, когда проснулась, но с тех пор я уже несколько раз менялась.
— Что это ты выдумываешь? — строго спросила Гусеница. — Да ты в своем уме?
— Не знаю, — отвечала Алиса. — Должно быть, в чужом.

Разве любовь — преступление ?

Мне нравится, что там все люди были равны, будь они белые, чёрные, инопланетяне или даже женщины .