Цитаты на тему «» — страница 89

So don't close the door
On what still can be
Cause you're so much more
Than a memory

Моё имя для неё теперь, пожалуй — никто,
Но страшно признаться мне,
Что фигура в лиловом пальто,
Навеки застыла в моей зиме.

... он говорил, что все его воспоминания помещаются в походном ранце.

Кто сказал, что мы любим вещи вне воспоминаний о них?

ххх: Ах... Помню как-будто это было вчера...
ууу: чувак... Это было сегодня...

Наша душа соткана из воспоминаний.

Воспоминания , которые у тебя остаются, тоже со временем блекнут, будто старые обои.

Через много лет в глазах любимой,
Что в его глаза устремлены,
Отблеск зарев, колыханье дыма
Вдруг увидит ветеран войны.
Вздрогнет он и отойдет к окошку,
Закурить пытаясь на ходу.
Подожди его, жена, немножко —
В сорок первом он сейчас году.
Там, где возле черного сарая,
На краю отбитого села,
Девочка лепечет, умирая:
— Я еще, ребята, не жила…

— Помните… — повторил он, и от звука его голоса, словно по волшебству, рухнули голые стены конторы и все эти годы куда-то ушли, и они, Скарлетт и Эшли, снова ехали верхом по сельским проселкам той далекой, давно минувшей весной. Он все говорил и крепче сжимал ее руку, и в голосе его звучала грусть и колдовские чары старых, полузабытых песен. Скарлетт слышала веселое позвякивание уздечки, когда они ехали под кизиловыми деревьями на пикник к Тарлтонам, слышала свой беззаботный смех , видела, как солнце блестит на золотистых, отливающих серебром волосах Эшли, любовалась горделивой грацией, с какой он сидит в седле. В голосе его звучала музыка — музыка скрипок и банджо; под эти звуки они танцевали тогда в белом доме, которого больше нет . Где-то вдали, в темных болотах, кричали опоссумы под холодной осенней луной, а на рождество от чаш, увитых остролистом, пахло ромовым пуншем и кругом сияли улыбками лица черных слуг и белых господ. И друзья былых дней, смеясь, вдруг собрались вокруг, словно и не лежали в могилах уже многие годы .

Призраки — это воспоминания , и мы так бережем их потому, что те, кого мы любим, не покидают этот мир.

Помнить — опасно. Прошлое всегда неприятное и нервное. Да, наша память коварна. Сначала ты помнишь карнавал, веселье , детские запахи, потом яркий переходный возраст , ну и прочая сентиментальная ерунда. А потом память ведет тебя туда, куда не хочется. Туда, где темно и холодно. Туда, где бродят жуткие тени, о которых ты хочешь забыть. Память мерзкая и отвратительная. Как и дети , правда ?... Но разве мы можем жить без них? Наши причины основаны на воспоминаниях. Отрицая их — мы отрицаем причины поступков. Хотя, что в этом такого в самом деле, мы же не привязаны к рациональности. Нет здравомыслия. И когда ты оказываешься запертым в поезде размышлений, который несет тебя к самым неприятным и жутким воспоминаниям, помни: выход есть — безумие. Можно просто выйти и закрыть дверь за всеми жуткими вещами, что случались с тобой. Их можно запереть... Навсегда.

У людей есть увлекательное хобби — ходить босиком по битому стеклу в закоулках памяти.

... у каждого есть сундучок... Там спрятаны счастливые мгновенья. Злоупотреблять этим не следует, но, когда вам совсем худо — осторожно достаньте его из-под кровати. Вытрите пыль влажной тряпочкой. И отворите ваш сундучок, и достаньте одно, только одно счастливое мгновенье, вглядитесь в него, вспомните...

... Я ощущаю его нежные прикосновения к моей шее, слышу его голос , чувствую жар его тела, запах кожи. Всё как всегда.
Всё как всегда...
Достаточно закрыть глаза .

Оглядываться в прошлое очень интересно. Я хочу сказать, оглядываешься — а там полное безумие, просто чума. И, наверно, с тех пор ничего особенно не изменилось.

... радость – она в покое и воспоминаниях.

При взгляде на прошлое многое выглядит гораздо лучше. <...> Нельзя полностью доверяться воспоминаниям — они систематически подсовывают нам ошибочные суждения.

Замок Леок... Я была здесь с Фрэнком два дня назад. Или это было в будущем? Как я могу помнить то, что еще не случилось?

Он не хотел помнить то, как выглядел Джулиан, когда они вошли в Институт, Марк нес Кортану, а Джулиан Эмму, ее кровь заливала его рубашку, ее спутанные волосы были в крови.
Он не хотел помнить, как Эмма кричала, когда хлыст ударял по её спине, и как она перестала кричать, когда рухнула.
Он не хотел помнить выражение лица Кирана, когда Марк и Джулиан мчались обратно в сторону Института.

У каждого, наверное, хранится в памяти какое-нибудь событие, ставшее символом ранних лет жизни . Только в большинстве случаев воспоминание это бывает нечетким, как бы смазанным, его и событием-то не назовешь.