Цитаты на тему «» — страница 230

Смерть не страшна. Страшнее, когда не хочешь жить , но и не хочешь умирать.

Да это все притворство , ложь и сказка!
В твоей стране всему сменили имя —
И мертвецов теперь зовут живыми,
Скрывая смерть чтоб не было огласки.

— Оно уже встало?
— Да, сэр. Оно в ванной.

Нам не предназначено знать время или природу нашей смерти (ибо все мы втайне надеемся, что будем жить вечно). Люди , наделенные этим знанием, не могут ни спать, ни есть, ни наслаждаться жизнью, настолько их мучает то, что они увидели. Они словно заживо умирают, лишенные радости. Им не остается ничего, кроме страха и уныния, и когда наконец приходит смерть , они почти испытывают к ней благодарность .

Смерть – это естественное явление, а то, что естественно, не может ни причинять боль , ни пугать. Единственная причина для беспокойства – это нездоровый образ жизни и негативное мышление .

— Простите. Неудачный день для смерти...
— О? Возникли варианты получше?

Впрочем, разница , конечно, есть: умереть сразу или погибать всю жизнь — это далеко не одно и то же. И только высшим по силе духа дано вытерпеть до конца, без жалоб упреков, то, что вытерпел Нико, эту медленную, изо дня в день гибель, это не разделимое и не разделенное ни с кем бремя, добровольно взваленное им когда-то на себя.

Лес и поле — всё в осколках, в щепках.
Город газом туч заволокло.
Все умрем. Всё так некрепко.
Счастье хрупко, как стекло.
Чёрной жижей — время по паркету,
Аромат духов — болото зла.
Выстрелы — из пистолета -
Слышишь? Голова цела?

Что смерть – это ни абсолютный рай , ни абсолютный ад. Смерть – это «что-то еще».

Мы не имеем права выбирать, как и когда нам умирать, мы можем только решать, как нам жить .

Ангелы шмонались по пустым аллеям
парка. Мы топтались тупо у пруда.
Молоды мы были. А теперь стареем.
И подумать только, это навсегда.
Был бы я умнее, что ли, выше ростом,
умудренней горьким опытом мудак,
я сказал бы что-то вроде: «Постум, Постум...»,
как сказал однажды Квинт Гораций Флакк.
Но совсем не страшно. Только очень грустно.
Друг мой, дай мне руку. Загляни в глаза ,
ты увидишь, в мире холодно и пусто.
Мы умрём с тобою через три часа.
В парке, где мы бродим. Умирают розы .
Жалко, что бессмертья не раскрыт секрет.
И дождинки капают, как чужие слёзы.
Я из роз увядших соберу букет...

Род Аверно питает купель — разлом в земной тверди, который испускает вещую энергию на протяжении поколений. Каждого новорождённого семьи окунают в этот тёмный туман , даруя им связь с их землёй и её загадочной силой. Дети непреклонно верят в защиту семейных ценностей и традиций земли, но на самом деле они охраняют саму туманную купель, истинные намерения которой неизвестны. Но когда очередной новорождённый проходил обряд крещения, что-то пошло не так. В глазах малыша сверкнула искра разумения, испугавшая всех присутствовавших и заставившая жрецов шептаться. Его растили, дабы он пошёл по пути других отпрысков рода: война и защита родины во главе семейной армии. Но юноша выбрал иное. Пока другие учились обращаться с оружием, он медитировал у купели. Он глубоко вдыхал тёмный туман , учась быть единым с той силой, что протекала глубоко под землёй его дома; он стал порождением чёрного тумана. Род Аверно не одобрял такой выбор: и стар, и млад упрекали молодого лорда в безответственности. Но обвинения прекратились, едва тот вступил в свою первую битву и показал дарованную туманом власть над жизнью и смертью, о которой другие лорды не могли и мечтать.

Это свойственно человеку. После острого тянет на кисленькое. После смерти — на смех .

Я смотрела на могилу — читала имя , фамилию. Видела цифры: дата рождения, дата смерти. А между ними чёрточка. Такая небольшая чёрточка. Длинною в жизнь ...

— Почему ты никого не позвала, а сразу побежала к нему?
— Потому что когда меня ранили, я помню, как думала, что лицо моего убийцы — это последнее, что я увижу. То же самое могло случиться с ним. Он должен был увидеть что-то хорошее перед смертью.

Если я найду доказательства какой-то жизни после смерти, я умру с радостью.

Я стою на краю и смотрю вниз. Вид на землю с высоты двадцать второго этажа. Это единственное, что мне остаётся. Единственный мой выбор . Мне ничего не дорого и ничего не жаль. Я уже практически ничего не чувствую. Поэтому мне осталась только эта земля .
Вид с высоты двадцать второго этажа. Его никто не может отнять. Должно же быть что-то, чего никто не сможет отнять.
Я прихожу сюда, когда ничего другого не остаётся. Я прихожу, чтобы почувствовать страх или уверенность . Чтобы ещё раз увидеть, что и у меня, и у каждого человека на земле есть выбор .
Вариант один – продолжать. Вариант два – на двадцать два этажа вниз.

Смерть — это правило, которое ни в коим случае нельзя нарушать.

Черное — это цвет ночи. Белое — вот истинный цвет смерти.

Смерть не мешает любить .