Цитаты на тему «» — страница 165

Писанье как «искусство для искусства» выгоднее, чем творчество за презренный металл. Пишущие домов не покупают, в купе первого класса не ездят, в рулетку не играют и стерляжьей ухи не едят. Пища их — мед и акриды приготовления Саврасенкова, жилище — меблированные комнаты, способ передвижения — пешее хождение.

Завидуют тем, кому некому завидовать.

Безумие — это повторение одного и того же действия.

Если человек глухой, как пень – это спасает его от слухов.

Женские языки легко связываются в один узел.

— Все в порядке?
— Вчера он буквально скинул на меня гигантскую бомбу.
— Он расстался с тобой? У него есть кто-то еще? Ты можешь рассказать мне все. Я бармен!
— Он сказал, что любит меня.
— Как он посмел!

— Ну поцелуй меня — тогда меня сразу осенит!
— Чтобы я целовала сегодня моего возлюбленного? А что мне завтра скажет мой муж?
— Ты представить себе не можешь, как я тебя люблю, Сюзанна.
— Ну когда Вы перестанете, несносный, твердить мне об этом с утра до вечера?
— Как только я получу возможность доказывать Вам это с вечера до утра.

Поверьте, ни одному мужчине не удастся разбудить женщину, которая прикидывается, что спит.

— Ты очень сексуальный…
— Ух ты… Что это на тебя нашло?
— Просто, как бы я ни капризничала — ты всегда рядом со мной. Ты меня любишь…
— Наверное, я совсем чокнутый, раз после нашей сотой не состоявшейся брачной ночи — я до сих пор здесь…
— Дэвид, я люблю тебя…

— Вы всегда бесстрастны, Холмс?
— Удовлетворённая страсть не успокаивается, а подавленная – беспокоит. Так стоит ли кипятиться, Ватсон?

Жантий не промолвила ни слова , она была целиком поглощена одним — как бы незаметно намекнуть Валькуру, что ее бедро касалось его ноги вовсе не из-за того, что салон автомобиля был плотно набит людьми, да и рука ее прижалась не случайно.

— Зачем тебе цветочница? Зачем тебе вообще цветы ?
— Затем, что время от времени дамы уединяются со мной в спальне, и одна из них как-то заметила, что цветы расслабляют женщин.
— Что, серьезно? Цветы расслабляют женщин? Значит, будь у меня цветы , я бы до сих пор был женат?
— Да, думаю дело именно в этом – ни в измене Сьюзен, ни в ее нимфомании, а в отсутствии домашних растений…

— На воду перешел?
— Алкоголь расслабляет, а я злость коплю.

Берут на крик в споре те, кто понимают «смазывают то колесо, которое больше всех скрипит».

— Бедная я бедная! Несчастная я несчастная! Совсем мне не везет!
А Гомункул возмущенно всплеснул лапками:
— Тебе не везет? Да это мне не везет! Я, между прочим, должен был появиться на белый свет добрым молодцем красоты неописуемой.
Анжело хрюкнул, мы перестали барахтаться на коврах.
— Ручищи — во! Ножищи — во! Плечищи — во! — продолжал свою речь крыс, подпрыгивая и разводя в стороны короткие лапки. Потом грустно признался: — А ингредиентов хватило лишь на крысу. Ну и кто после этого невезучий?
Лейя немножко подумала, возведя глазки к потолку, и вынесла решение:
— Я.
Крысак замер, раскрыв рот , а парни загоготали.

— Да где таким речам вы научились?
— Экспромты — от природного ума.

Индустрия бриллиантов — самый величайший обман, придуманный не мной. Тысячи долларов за куски древнего угля. Невероятно.

— Ещё недавно мне хотелось оказаться с Вами наедине.
— Я только об этом и мечтаю...
— Вы порочная женщина!
— Да, мсье...
— Слабая и лицемерная.
— Да...
— Через минуту в красной гостиной.

Мода – периодическая переэкзаменовка на стадность.

— Магистр чёрной и белой магии Мальгрим! Ранее служивший у короля Эдуарда просит покровительства вашего королевского величества: короля Перадора, высокого повелителя Бермагора, Марралора и Парлота, властелина Лансингтона, Нижних Мхов...
— И Трёх Мостов.
— Да-да, конечно... И трёх Мостов! Пускать?
— Погоди! А рекомендации нашего венценосного брата Эдуарда этот Мальгрим имеет?
— Имеет, ваше величество.
— Хорошая рекомендация?
— Плохая, ваше величество.
— У меня все рекомендации прекрасны... И от короля Георга, ныне здравствующего, и от короля Лира... И от короля Эдуарда, пока ещё здравствующего... Ваш герольд оскорбил меня, и поэтому я превратил его живой вес — в атомный. И сейчас он летает вокруг головы вашего величества.
— Джек, где вы?
— Летаю, ваше величество.
— Ну, летает он... летает!
— Очень убедительно. Мы подумаем, к кому это применить.