Цитаты на тему «» — страница 186

Человек теперь ни на йоту не ближе к счастью, чем в те времена, от которых к нам дошли первые известия о людях.

Но я знаю также... о медленной пытке, о долгих терзаниях, вызванных этим неудачным союзом. Я знаю как томительно и бесцельно влачила эта несчастная чета свою тяжелую цепь сквозь жизнь , отравленную для обоих. Я знаю, как холодные, формальные отношения сменились явным издевательством, как равнодушие уступило место неприязни, неприязнь — ненависти, а ненависть — отвращению, пока, наконец, они не разорвали гремящей цепи. И, разойдясь в разные стороны, каждый унес с собой обрывок постылой цепи...

Мы живём, точно во сне неразгаданном,
На одной из удобных планет..
Много есть, чего вовсе не надо нам,
А того, что нам хочется, нет ...

Надежда нихера не стоит...

Я плачу от безысходности. Ровно 27 дней назад я надеялась, что моя жизнь не так уж и ужасна, и что не стоит совершать самоубийство . Но я ошиблась. Вновь.

Remembering that she said for sure
I'll write you the minute I'll get off the plane.
Nothing , not one single word.

This is the way the worlds ends
Not with a bang but a whimper.

Хотите меня убить — цельтесь в голову. Там все проблемы . От выстрела в живот умирают пол дня. Я видел таких на войне, солдаты ходят с кишками в руках, как с грязным бельем.

Мы ищем прибежища в посредственности, отчаявшись в той красоте, о которой мечтали.

Снег с неба — с ночью наперегонки, -
И прошлое как поле у реки:
Как будто всё схоронено под снегом,
Лишь кое-где желтеют колоски.
Леса вокруг не ведают утрат.
Животные и люди в норах спят.
За жизнь я зацепиться забываю,
Невольным одиночеством объят.
<...>
Поэтому пугаете напрасно
Тем, что миры безмерны и безгласны
И небеса мертвы. Здесь, за дверьми,
Пространства столь же пусты и ужасны.

Как это ни удивительно, во всем мире время шло своим чередом. Во всем мире, который не ждал, что будет дальше.

Вот и отобрана ты у меня!..
Неопытен в древней науке,
Я бой проиграл, пораженье кляня,
Долгой и трудной разлуке.
<...>
Бой проигран. Потери не в счёт.
В любовь поверив, как в ненависть ,
Я сейчас отступаю, чтоб день или год
Силы копить и разведывать.
И удачу с расчетом спаяв, опять
Каким-нибудь утром нечаянным
Ворваться
и с боем тебя отобрать
Всю — до последней окраины!

Я сам себе опротивел, я превращался в идиота. Мама права: ещё немного, и я начну жевать за обедом сено.

Ты знаешь,
Мне так тебя здесь не хватает.
Я снова иду по проспекту, глотаю рекламу,
Прохожих, машины сигналят, но не замечаю.
Держусь и опять спотыкаюсь.
Уж лучше домой, на трамвае,
На наших с тобою любимых местах.
Ты знаешь,
Погоду здесь не угадаешь,
От этого все как-то мельком -
Прогулки и мысли , стихи на коленках.
Прости, но я очень скучаю.
Все носится перед глазами.
Я должен, я буду, я знаю.
Вернувшись домой, я пытаюсь уснуть.

Единственное, в чем есть нужда , когда воспоминаний по горло — кофе и сигареты. Только от них не тошнит. Они заполняют, пропитывают свежестью первых ощущений, будто все только что произошло. Ощущение такое, как когда все главное уже давно закончилось, прошлое оплакано, но вдруг вздрагиваешь от случайного профиля на улице — и всё начинается сначала.

Самое грустное — это любовь , которая закончилась...

«Поздно! Маму я уже не увижу», — сказала она про себя и вспомнила, что за последний год она впервые произнесла это детское милое слово — «мама».

Харальд, вынужденный отчаянно бороться за жизнь и честь , задавил в своей душе все то хорошее , что в ней было, ибо доброта и честность делают человека слабым. А он не мог себе позволить быть слабым. И он стал сильным: честолюбивым, самодовольным, упрямым и бессовестным, изобретательным, вероломным, коварным и не имеющим никаких правил, никаких заповедей, кроме собственной выгоды.

— Для неё ещё хоть что-то свято... А мы с тобой уже ни во что не верим. Раньше — да. Но всё давно высохло, как высохнет вот это... Эта краска, она высохнет...
— Что высохло?
— Наша вера , брат... Вера в святую душу и что в нас есть ещё что-нибудь человеческое. Помнишь как мы с тобой были в Боснии? Истребляли этих плохих сербов? Наших ребят кромсало на куски на наших глазах... И повсюду была кровь . Я даже не надеялся выбраться оттуда, и ты... Ты тоже, я знаю...
— Да.
— Я себя чувствую... живым мертвецом.... <...> Помню, у меня была бутылка местного дерьма, которое они пьют. Сливовица... Не помню, кажется так её называли... Я не чувствовал боли. И тут... Выхожу на такой старый деревянный мост и вижу, вижу там... Стоит на мосту женщина, и она ... Я к ней подошёл, она увидела меня и всё смотрит мне, смотрит мне в глаза , и я смотрю ей в глаза ... И знаю, что она сейчас сделает. Она смотрела на меня и я знал, что она хочет прыгнуть... Ты знаешь, что я сделал? Я развернулся и пошёл дальше. Пока не услышал всплеск... Да. И после того, как я... Отнял столько жизней, вот была одна, которую я мог спасти, но не спас... Потом, позже, я понял... Если б спас ту женщину, я, может быть, спас бы то, что осталось от моей души...

Сколько зим, — ты тихо скажешь. — Сколько лет
На тебе сошелся клином белый свет .