Цитаты на тему «» — страница 119

Люди ездят в города, кто куда.
Кто-то в область, кто-то дальше.
Можно к бабушке на дачу,
к другу в гости в Магадан
или вовсе на Байкал.
Собирают чемоданы
в спешке, нервах, суете.
Набирают много хлама,
а тащить все на себе.
Дальше в поезд уместиться,
разложиться, подкрепиться,
уложить детей, напиться,
в редких случаях забыться
и с соседями в плацкарте
про страну разговориться,
если ехать пару суток
можно даже подружиться.

— Доченька а ты братика хочешь?
— Хочу
— Тогда спи!

Тот, кто создает счастливый конец , сам, как правило, в нем не участвует.

— Встань на колени или умри! Слишком гордый? Может, мертвый ты принесешь больше пользы людям?
— Во мне больше не осталось гордости. Все, что я сейчас сделаю, я делаю ради моих людей и Камелота, и пусть они простят меня. Это мой последний указ, как короля. Ничего не бойтесь. Ничто не вечно. Я король Артур из Камелота, я приказываю вам всем... к бою! Деритесь, как никогда ! Не сдавайтесь! Никогда не сдавайтесь!

В луче света пляшут пылинки. Танец их прост и незатейлив. Они кружатся, взмывают, чтобы опуститься, сталкиваются, чтобы спустя миг разлететься в разные стороны. Прах к праху, свет к свету. За их танцем можно наблюдать вечно. Но вечность – фигура речи, не более. Во тьме космоса пляшут солнца. Танец их сложен и грандиозен. Они летят, вспыхивают, чтобы погаснуть, сжимаются, чтобы взорваться и прожечь насквозь шелковую подкладку мироздания. Мрак к мраку, свет к свету. Звезды-слоны, звезды-кони, звезды-олени – части вселенской карусели. Но карусель – фигура речи, не более. В органической каше, густо замешанной на страхе и страсти , булькают люди . Их бульканье похоже на кваканье жаб в пруду. Они кипят, развариваются, преют, сдабриваются маслом, ложатся бок-о-бок; ах, эти мелкие людишки заварят кашу, уж будьте уверены… Крупинка к крупинке, судьба к судьбе. Где-то там, в общей кастрюле, на дне – я. Я – тоже фигура речи. Не более.

— Почему тебя так тянет писать?
— Наверное, это такой способ бороться со смертью. Я спасаю все, что рано или поздно умрет. Все, о чем я напишу, будет жить вечно.

Несомненно, важнее, как человек воспринимает судьбу, нежели — какова она на самом деле.

Уму нужны книги, так же, как и мечу точильный камень.

Над полем жизни вьётся мотылёк,
Полёт на слабых крыльях невысок.
Напрасно мама просит подождать,
Судьбу стремится юность испытать.
А в небе звёзды яркие горят,
Влекут они девчонок-мотылят.
Как скучно им, что мама говорит,
И в небо юный мотылёк летит.

Честность в политике есть результат силы , а лицемерие — результат слабости.

— Ну и долго это будет продолжаться, а? Между прочим, здесь уважаемые люди живут!
— У нас теперь нет уважаемых. У нас есть теперь те — которым можно, и те — которым нельзя.

Я пропастям и бурям вечный брат.

— Почему ты всегда чудишь?
— Я деревенская сумасшедшая, это моя работа .

Уже многие тысячелетия человечество задумывается над вопросами судьбы. Древние греки считали, что она управляет даже богами, а скандинавы верили, что она обрела богов на гибель. Шекспир писал о ней пьесы (хотя в них не хватало драк), а Верди — оперы (хотя там было недостаточно взрывов).

Лучшее средство хорошо начать день состоит в том, чтобы, проснувшись, подумать, нельзя ли хоть одному человеку доставить сегодня радость .

Ради жизни можно вытерпеть любую боль .

Если тебе позвонили в домофон и задали идиотский вопрос: «Ты дома?», не раздражайся и спокойно ответь : «Да, а ты где?»

Человек , который много лет назад учил меня владеть собственным телом, называл мораль опасным барьером, отделяющим плоть от духа. «Мораль всегда предписывает ставить чьи-то интересы выше своих, тело же всегда руководствуется только тем, что лучше для него, – проповедовал он. – Ты не хочешь отказаться от вредоносной перегородки, раздваивающей твое «я», мешающей Инь и Ян соединиться, а значит, ты никогда не станешь совершенным».

Я предпочту бежать с тобой, чем оставаться без тебя.

Города возводятся и падают, а потом забываются.