Цитаты на тему «» — страница 173

Насмехаться над славой, религией, любовью, над всем в мире — это большое утешение для тех, кто не знает что делать.

— Я тебя не понимаю. Зачем тебе всё это?
— И не поймёте. Это всё равно, что пытаться понять, что находится на дне озера, ни разу не нырнув туда, но при этом делать вид, что там был.

Высокое кулинарное искусство — это единственная способность человека , о которой нельзя сказать ничего дурного.

— Ты в порядке?
— Разумеется, не в порядке, я же чокнутая!
— Тогда я тоже.
— Да, но ты снаружи, а я — здесь [в психушке].

Если морфий прекрасно утолял боль телесную, телевидение оказалось отличным болеутоляющим для ума.

Мы не вольны в нашей любви , но управлять своими поступками в нашей власти.

Служение человечеству является нравственно-политической категорией, отрицающей политизацию духовных ценностей, как моральных, так и религиозных.

Радость косноязычна и выражает себя в несвязных восклицаниях, вздохах и поцелуях.

Мир противоречив, тут пи*оры не любят геев.

... религиозность под влиянием катастрофы никакой ценности не представляет и в лучшем случае недолговечна.

Любовь — странная вещь: если она взаимная, она способна исцелять израненную душу, давать счастье , а если все наоборот, то такая любовь съедает, она способна даже убить человека .

Я хочу повеситься — фонарь-верёвка-лестница.
Забыть два кровавых месяца.
Столько мин и пострадавших,
Буду висеть, молчать и любить .

... Сотнями лежали моржи на берегу, пришел охотник и стал одного за другим приканчивать дубинкой. Объединившись, они могли бы легко раздавить его — но они лежали и не трогались с места; ведь убивал он всего-навсего соседей — одного за другим.

Здесь каждый продаётся
И все имеют цену,
Всё новые герои
Выходят на арену.
Здесь прятаться так больно,
А выходить так страшно,
Здесь вроде всё спокойно,
Но всё взрывоопасно.

Души моей предел
Соизмерим с путем,
Что я прошел в себе.

Всё, что раздражает в других, может вести к пониманию себя.

Быть или не быть...
Под этим я имею в виду:
Быть самой собой
(а, кстати, какая я?)
Или быть такой,
Какой мои родители
(Увы, бедный Йорик, я хорошо знала их!)
Хотели бы меня видеть
после
Их собственных неудач,
Или такой,
Какой ждет меня мир?
(Выбор трудный)
Дальше тишина

Если мы хотим взаимопонимания, нам нужно знать желания друг друга . Если мы хотим любить друг друга, мы должны знать, чего хочет другой.

От горя <...> защищаться бессмысленно. Может быть, даже лучше дать ему полностью вас раздавить — это будет, по крайней мере, хоть как-то пропорционально случившемуся. Если вам впоследствии удастся подняться и распрямиться, распрямится и память о том, кого вы утратили. Сама память о нём и поможет вам распрямиться.

– Мне хочется вернуть тебе деньги . Но уже не могу. Их перечислили.
– Потому что они мои? У Дани бы взяла, у меня нет ?
– Даня для меня… близкий человек .
– А почему меня тогда поцеловала?