Цитаты на тему «» — страница 4

Твою холодную кровь не разжечь до лихорадки: в твоих жилах течет студеная вода ; а в моих всё кипит, и, когда я вижу такое хладнокровие , меня трясет!

Провалиться по горло в снег — удовольствие , которое может оценить только тот, кто сам его испытал.

Я хлопотал всё время только затем, чтобы в конце концов явить замечательное великодушие .

У нас какое-то адское пристрастие, сатанинское самомнение — так носиться со своими ушами: мы и без них форменные ослы.

Мы все поклонялись смерти, но смерть единственное чего мы заслуживаем.

Она была ничуть не склонна проявлять вежливость , которая вызвала бы только смех , или сдерживать свой необузданный нрав, когда это не принесло бы ей ни чести, ни похвал.

— Ваш сын умер.
— И что ты чувствуешь?
— Я чувствую и вижу только смерть .

Как моря не вместить в отпечаток конского копыта, так её чувство не может принадлежать безраздельно Линтону.

Да какое же это общество , когда люди ничего не знают, ни о чём не говорят!

Если я не могу сохранить Хитклифа как друга ... Если Эдгар хочет быть мелким и ревнивым, я нарочно погублю себя и разобью им обоим сердца, разбив своё.

Я «не позволял своей любви высказаться вслух»; однако, если взгляды могут говорить, и круглый дурак догадался бы, что я по уши влюблён. Она меня наконец поняла и стала бросать мне ответные взгляды — самые нежные, какие только можно вообразить. И как же я повёл себя дальше? Признаюсь со стыдом: сделался ледяным и ушел в себя, как улитка в раковину; и с каждым взглядом я делался всё холоднее, всё больше сторонился, пока наконец бедная неискушенная девушка не перестала верить тому, что говорили ей собственные глаза , и, смущенная, подавленная своей воображаемой ошибкой, уговорила маменьку немедленно уехать. Этим странным поворотом в своих чувствах я стяжал славу расчетливой бессердечности — сколь незаслуженную, знал лишь я один.

Я редко испытываю иное чувство, кроме счастья, когда сижу над покойником, — если только со мною не делит эту скорбную обязанность кто-нибудь из его близких, бурно убивающийся или застывший в безнадежной тоске. Я вижу тогда успокоение, которое не нарушат силы земли и ада, и преисполняюсь веры в бесконечное безоблачное будущее — вечный мир, куда вступает душа , мир, где жизнь безгранична в своей длительности, и любовь в своем сострадании, и радость в своей полноте.

Я не могу этого выразить, но, конечно, и у тебя и у каждого есть ощущение, что наше «я» существует – или должно существовать – не только в нас самих, но и где то вовне. Что проку было бы создавать меня, если бы я вся целиком была только здесь?

Её тщеславие уязвлено, когда правда вставлена напоказ.

Она была достаточно разумна и стыдилась быть грубой там, где встречала неизменную учтивость.

Я чувствовал её рядом... Я почти видел её — и все-таки не видел! Верно, кровавый пот проступил у меня от тоски и томления... от жаркой моей мольбы дать мне взглянуть на неё хоть раз! Не захотела! Обернулась тем же дьяволом, каким она часто являлась мне. И с той поры я всегда — то в большей, то в меньшей мере — терплю эту невыносимую, адскую муку.

Ее поведешь только той дорожкой, какую она выберет сама.

Если всё прочее сгинет, а он останется — я ещё не исчезну из бытия; если же всё прочее останется, но не станет его, вселенная для меня обратится в нечто огромное и чужое, и я уже не буду больше её частью. Моя любовь к Линтону, как листва в лесу: знаю, время изменит её, как меняет зима деревья . Любовь моя к Хитклифу похожа на извечные каменные пласты в недрах земли. Она — источник, не дающий явного наслаждения, однако же необходимый.

Чем ее больше колотят, тем она становится ядовитей.

Холодная, как ледышка, и гордая, как принцесса .