Цитаты на тему «» — страница 239

Этот мошенник менестрель мне за всё заплатит! Как он посмел забрать МОЕГО Лиан-Чу?!

Не будем лицемерить, ты же говорил мне, что твои родители действуют тебе на нервы . Так почему же родители не имеют права испытывать то же самое по отношению к своему потомству?

Разбогатеть-то я не прочь, да кто возносится подлыми путями, упадет быстрее, чем поднимется.

— Хюррем моя! Веселье , радость , вечный праздник! Мой ясный месяц! Мой свет во тьме! Моё сияющее солнце ! Моя горящая свеча! Мой померанец милый! Нежный и душистый! Владычица души моей! Ты мой наставник, друг! Ты госпожа! Властительница! Центр мироздания! Я раб твой и навеки им останусь!
— Ты для меня это написал? У тебя дар большого поэта!
— Важно не «кто написал», а тот, кто меня вдохновил!

Учёные из Оксенфурта считают, что богов нет , а после смерти есть только пустота . Я давно познал эту пустоту. Смерть меня ничем не удивит.

Ее слова прозвучали шепотом на ветру, но были криком сердца.

В основе всех добрых, гармонических взаимоотношений лежит баланс вины, стыда и нечистой совести.

Нет во мне никакого притворства, и я не стараюсь изобразить на лбу своём то, чего нет у меня в сердце . Всегда и всюду я неизменна, так что не могут скрыть меня даже те, кто изо всех сил старается присвоить себе личину и титул мудрости.

Мы слишком многое на себя взвалили, слишком многое пытаемся контролировать. Когда грудь давит от неопределенности, нужно просто разжать пальцы, закрыть глаза и отдаться большому потоку. При этом не прекращать делать своё дело и верить, что все произойдёт согласно древнему закону вселенной. Ведь всё всегда согласно ему и происходит.

Похороны — единственное светское мероприятие, на которое можно прийти без приглашения.

Говорят, будто смотреть, как корчатся грешники, — любимое занятие ангелов, но даже они едва ли считают, что люди гораздо счастливее в аду.

В одно мерзкое утро просыпаешься с похмелья, с дикого похмелья, и понимаешь: твой час настал. Расплата не просто близка. Она настала, расплата.

Нет единственного источника вдохновения. Настоящий источник — это мое мировоззрение, принципы, которыми я руководствуюсь в жизни.

На распутье сомнений и разочарований уже несколько месяцев кряду я не решался сделать ни шага в жизни .

Те, кто всё вокруг пытаются делать совершенным, сами остаются далеки от идеала.

— Когда пробьет мой час, похороните меня в море .
— Где?! Где?!
— В море , заодно и развлечетесь.
— Что значит — развлечемся?
— Выедете на природу, возьмете напрокат лодку, сэндвичи.
— И выбросим твое тело за борт, чудное развлечение.
— Все вокруг думают, что хорошо меня знают. Они думают кто-кто, а Джек Геллер нас не удивит, а тут скажут, похоронил себя в море , это уж он совсем.
— Боюсь, так и скажут.
— Лишь бы говорили.

— Нужно придумать пароль, по которому мы сможем определить, что это мы.
— Мартышлюшка!
— Вот уж нет , никаких мартышлюшек.
— Ну каковы шансы, что кто-то помянет мартышлюшку в светской беседе? Не ахти какие, да?
— Ладно, пусть... Мартышлюшка!
— Ееее!

Расшитый золотом пояс с рисунком в виде пионов и виноградных лоз сначала завязывает спереди, как принято у гетер, но, услышав, что она сегодня дочка самурая, торопится перевязать узел сзади, как подобает скромной девушке. Эта наивная хитрость сразу бросается в глаза .<…> Выйдя к гостям, «дочка самурая» вдруг начинает лепетать на манер благородной девицы. Усаживаясь, раскидывает подол веером вокруг ног, как где-то ей довелось подсмотреть, но в то же время всячески старается показать свой нижний пояс из белого шёлка. От вина она отстраняется с таким видом, будто никогда его в рот не брала. На любовном ложе ведёт себя скромно и покорно подчиняется прихоти мужчины , памятуя, что она «дочка самурая».

— У нас преступник беглый! Вожатый!
— Твой вожатый?
— Мой!
— Строгий, наверное?
— Строгий!
— А звать-то его как?
— Евгений Дмитриевич!
— Подожди-ка...
— А фамилия?
— Убегаев!
— Мальчик, ты что в лагере делаешь?
— Отдыхаю!
— Ну и отдыхай!

Я не следую, я возглавляю нас сзади.