Цитаты на тему «» — страница 152

По большому счёту, наш народ всегда состоял из бедных людей, которым всю жизнь казалось, что из бедности можно как-нибудь вырваться...

Мы часто говорим, что жизнь вдохновляет нас на какие-то свершения. Но редко замечаем, что вдохновением может служить и хороший пинок. Представьте себя на собеседовании с самим миром: вы сидите за невидимым столом друг напротив друга . Простая, понятная беседа. Вы расслабляетесь. И вдруг следует острый каверзный вопрос! А мир, прищурившись, смотрит на вас с вызовом.
Зачем этот укол? Вы наверняка подумаете, что мир захотел вам сделать неприятно и больно. Но может быть, ваш строгий собеседник решил проверить, как вы выйдете из подобной ситуации , достойны ли вы того, что он хочет вам предложить?

Коррупционеры — это таинственный возобновляемый природный ресурс. Одни коррупционеры «срезаются», их место занимают другие, и те, с первых шагов, начинают воровать и грабить. Это явление — загадочная клептомания, охватившая огромные пласты российского чиновничества.

Я могу просто втянуться и создать то, чего хочет моё сердце , или делать всё, что захочу, и полететь в космос , и быть самым лучшим маленьким человеком, которого видел этот мир.

Существует большая разница между нарциссической попыткой всех полюбить и состраданием. Нарциссическая « любовь » — это отношение сверху вниз и исходит их желания быть самым лучшим, святым, правильным, которое под собой содержит страх отвержения, стыд бытия самим собой. Сострадание же говорит: «Я — такой же, как ты, мы в одной лодке, я понимаю, что ты переживаешь, я тоже там был».
Чтобы первое могло перейти во второе, придется обнаружить в себе себя, голого, несовершенного, уязвимого, беззащитного, слабого, нуждающегося, жестокого, трусливого, равнодушного, беспомощного, глупого, заблуждающегося, врущего, избегающего и заносчивого. Только из этой точки возможно сострадание . Сострадание избирательно, оно подразумевает встречу с конкретным человеком и переживание в здесь и сейчас, и очень привязано к контексту, а нарциссическая любовь как бы сразу ко всем и ни к кому, слепая, невидящая людей, без контекста, существующая только в воображении, и своей энергией имеющая влюбленность в образ себя совершенного. Сострадание не истощает, оно придает мудрости, нарциссическая любовь истощает и способствует потере связи с реальностью.

— Что было, то прошло. Знаешь, сначала адреналин , мощность, всплеск, не соображаешь ровным счетом ничего, да и некогда соображать. Тебя прёт. Прёт на полную катушку и ты чувствуешь, что живёшь. Всей жизнью живёшь, а когда он тебя предаёт, ты понимаешь, что это всего лишь игрушка… Любимая…, но игрушка.
— Но почему ты с ним до сих пор? Почему?
— Я как наркоман на реабилитации. Ты знаешь, мне колят не наркотик, а лекарство, а я смотрю на иглу и вспоминаю те ощущения и пытаюсь их вернуть, и…... Докер – это тот же самый наркотик. Всё смешалось… Страсть… Скорость… А самое главное, что... даже если ты вылечишься, то… внутри пустота . Наверное, всё.

— Загадка: много ест и много пьет. Ходит он большой и бьет.
— Тролль, ясное дело.
— Хорошо , тролль. Говори свою загадку.
— Пусть легким бываю я, словно перо, быть долго и троллю со мной нелегко.
— Э-э-э... пись-пись? Трудная загадка! Человек обманул!
— Я выиграл честно.
— Глупые загадки ! Перо, троллю не легко... не пись-пись...

— Вот смотрю я на вас, Верочка, и думаю: будь я полегкомысленнее, я бы… ух!!!
— Ух!

— Скрыв имя , которое, наверняка, тебе известно, ты подтвердил, что пошел на сделку с этими людьми. Это ты рассказал им про туннель, ты рассказал им про сделку с Советами. И второе, тот, о ком ты умолчал — мой враг, иначе ты бы не покрывал его. <...> Ты перешел черту, Алфи. Мой сын у них в заложниках!
— И какую же черту я, по-твоему, пересек? Сколько отцов, сколько сыновей ты порезал, убил, порешил как скот! Виновных и невинных! Ты отправил их прямо в ад! А теперь ты стоишь здесь и осуждаешь меня? Стоишь здесь и говоришь, что я пересек какую-то черту! Если хочешь выстрелить в меня, найди для этого какую-то достойную причину.
— Хорошо сказано, Алфи, очень хорошо .
— Томми, я не знал, что они заберут твоего мальчика...
— Да, я это понял.

— Что вы хотите, — прибавила она , пожимая плечами, — такова любовь нашего века — века пара и электричества!
— Да, это верно. Она даже напоминает поезд.
— Летит как вихрь и мечет искры?
— Нет . Быстро едет и набирает пассажиров сколько влезет.

Кто приблизится к храму Муз без вдохновения, веруя, что достойно лишь мастерство , останется неумелым, и его самонадеяные стихи померкнут пред песнями безумцев.

Ты предводитель. Теперь тебе придётся принимать все трудные решения, друг мой. Хорошо , что у тебя есть Белка, которая всегда напомнит о главном, если ты вдруг заболтаешься с каким-нибудь речистым стариком вроде меня.

Ты теряешь всё и выигрываешь войну — ты герой; ты теряешь всё и проигрываешь — ты дурак.

Сделайте мне одолжение, никогда не делайте мне одолжений!

Был чудесный день , прозрачная даль поля, где по стерне нам предстояла охота на перепелок. Они прилетали на сжатое поле и питались зерном перед перелетом на юг. При этой классической охоте, стрелки идут по полю, а перед ними челноком бегает собака, вспугивая дичь, которую стреляют влет. Я шел позади академиков, которым еще предстояло получить Нобелевские премии. Вдруг все переменилось. Впереди появился заяц. Той бросился за ним. Следом побежали охотники, на ходу перезаряжая ружья с бекасинника на четвертый номер дроби, я же был замыкающим. Собака уже нагоняла зайца, когда он вдруг устремился к телефонному столбу, стоящему посреди поля. Тут заяц обратился в кошку и ловко забрался на самую вершину столба. По-видимому, кошка мышковала на поле, куда мыши были привлечены тем же зерном, что и перепелки.

Поэтов — хвалят все, питают — лишь журналы…

Те, кто думают, что видят очень ясно, часто оказываются еще более назрячими, чем все остальные.

Жизнь скучной кажется тому,
Кто не отпил из горькой чаши,
Не пережил войну, чуму.
И запах не вдыхал параши.

Позаботьтесь о людях, и они позаботятся о вас.

Эти встречи считать подарками -
Что пред каменным львом заискивать.
Не сутулясь бродить под арками,
Или дождь в свои вены впрыскивать.
Петергоф обнимать в подрамники
И высматривать птичье пение
Там, где листья плывут подранками
Вслед фонтанному откровению.
Всё пастелью тумана смажется,
Всё насытится вдохновением,
И слеза на щеке не кажется
Ни судьбою, ни преступлением...