Цитаты на тему «» — страница 120

Кто мы, зачем мы здесь,
Живы мы или нет -
Дикой пчеле всё равно,
Мир для неё внизу
Только дорога цветов...

Я мечтал о сне. Не для того, чтобы забыться или избежать скуки, как это было раньше, а потому, что я хотел бы видеть сны. Может быть, будучи без чувств и имея возможность видеть сны, я бы смог провести несколько часов в мире, где мы с ней были бы вместе . Она видела сны обо мне. Я хотел, чтобы она снилась мне.

Не было еще ни одного гения без некоторой доли безумия.

— Козел! Козел! Козел!
— Это у вас сеанс самокритики?
— Нет , это я тебя звал.

— Скажи мне, милый ребёнок: в каком ухе у меня жужжит?
— В левом!
— А вот и не угадал! У меня жужжит в обоих ухах.

Скрыть от людей невежество навряд
Тебе поможет пышный твой наряд.

— Нургал, что стряслось?
— Не Нургал, а Андрей! Такое имя дал мне отец .
— А я дал имя Нургал. Я тоже твой отец .
— Нет , ты убийца моего отца.
— Кто сказал? Она это придумала?
— Нет , я сам видел. Я был у Най-Най.
— Чего же ты хочешь? Ты уже вынес свой приговор .
— Хочу взглянуть в твои глаза , когда ты лжешь. Ты лгал мне все эти годы . Ты воспитывал меня с верой в то, что все зло из Запада. Ты украл у меня семью, мою душу! Ради чего? Зачем?
— Я дал тебе жизнь здесь.
— Я не буду воевать против короля.
— Король здесь не причем, ты поклялся вести наш народ на Запад , в земли, где садиться солнце .
— Наш народ ? Это не мой народ . Мое место не здесь. Мне нигде нет места. За кого мне сражаться?... Против кого?..

– У меня постельный режим . И мне нельзя падать. – Что там еще вредно для моего здоровья? Ходить, дышать и жить ? Хороший набор!

Апрель уже не предвещает мая,
да, мая не видать вам никогда ,
и распадается Иван-да-Марья.
О, желтого и синего вражда!
Свои растенья вытравляет лето ,
долготы отстранились от широт,
и белого не существует цвета -
остались семь его цветных сирот.

Эта тишина — причина того, что образцы прошлого пробуждают не столько желания , сколько печаль , безмерную, неумную тоску. Оно было, но больше не вернется. Оно ушло, стало другим миром, с которым для нас все покончено. В казармах эти образы прошлого вызывали у нас бурные порывы мятежных желаний. Тогда мы были еще связаны с ним, мы принадлежали ему, оно принадлежало нам, хотя мы и были разлучены... Эти образы всплыли при звуках солдатских песен, которые мы пели, отправляясь по утрам в луга на строевые учения; справа — алое зарево зари, слева — черные силуэты леса; в ту пору они были острым, отчетливым воспоминанием, которое еще жило в нас и исходило не извне, а от самих нас.
Но здесь, в окопах, мы его утратили. Оно уже больше не пробуждалось в нас — мы умерли, и оно отодвинулось куда-то вдаль, оно стало загадочным отблеском чего-то забытого, видением, которое иногда предстает перед нами; мы его боимся и любим его безнадежной любовью. Видения прошлого сильны, и наша тоска по прошлому тоже сильна, но оно недостижимо, и мы это знаем. Вспоминать о нем так же безнадежно, как ожидать, что ты станешь генералом.
И даже если бы нам разрешили вернуться в те места, где прошла наша юность, мы, наверное, не знали бы, что нам делать. Те тайные силы , которые чуть заметными токами текли от них к нам, уже нельзя воскресить. Вокруг нас были бы те же виды, мы бродили бы по тем же местам; мы с любовью узнавали бы их и были растроганы, увидев их вновь. Но мы испытали бы то же само чувство, которое испытываешь, задумавшись над фотографией убитого товарища: это его черты, это его лицо , и пережитые вместе с ним дни приобретают в памяти обманчивую видимость настоящей жизни , но все-=таки это не он сам.

Солнце сегодня встанет и зайдёт.
Цветы , расцветающие поутру, увянут в ночи.
Солнце сегодня сядет и снова взойдёт.
Цветы кругом вновь расцветут.
Но это будут уже не те цветы , что вчера...

Вам попался бриллиант. Не трите его слишком сильно, а то как бы не обнаружилась подделка.

Жизнь именно игра , если она красива и счастлива. Конечно, из неё можно сделать всё, что угодно — долг , войну, тюрьму, но от этого она не станет красивее.

И в многолюдстве я потерян, сам не свой.

А клейкие листочки, а дорогие могилы , а голубое небо , а любимая женщина! Как же жить-то будешь, чем ты любить-то их будешь?  — горестно восклицал Алеша.  — С таким адом в груди и в голове разве это возможно?

Был чудесный весенний день . Подобные дни приносят людям надежду: приятный ветерок, в воздухе тонкие запахи, бьющие от теплой земли. Самоубийственная аура.

О, мудрые, сил разума, вам данных, не пожалейте, в сущность проникая.

Любой козел имеет право представляться козерогом, не называя дня рождения.

А тебе про мобильный телефон известно? Или тебя только вчера с пальмы сняли?

Всю свою жизнь ты будешь встречать тех, кто хотят уничтожить тебя. Забудь о них и встань на сторону тех, кто делает тебя тобой.