Цитаты на тему «» — страница 2

Любому, кто хвастает, будто распахивает дверь в директорский кабинет ногой, не верьте.

Убить, заплакать, застрелиться, упасть в обморок, закричать, ударить, провалиться под землю, стать невидимкой, проснуться...

Дрянного человека слышно издалека — он громко возмущается, какие вокруг него дрянные люди .

Меня пугает твоё прошлое ... да и настоящее тоже.

Курица реагирует на гребень петуха, собака на запах , человек — на сиськи.

Прямо душно среди этих прямодушных людей!

Правило номер один о нечистой совести — никогда не признавать вину перед матерями.

— Что тебе, кретин?
— Надо же, какая ты приветливая...

После абсолютной правды, ждёт абсолютное счастье с абсолютно предназначенным тебе человеком!

Гомосексуализм — это проявление идеальной, божественной формы любви . Это концентрат любви , наивысшая ее форма , которую может себе позволить человеческая личность по отношению к другой человеческой личности. Гомосексуализм — это выход за пределы животных отношений к высокой духовности.

Женщины — привратницы хаоса, им доверяешь по умолчанию, если они плохо держат дверь , то темнота проникает повсюду.

— Дурачок, ты всё ещё думаешь, что я тебе изменяю?
— Измена — выдуманное слово,  — сказал он с кривоватой тоскливой ужимкой.  — Измены в любви не может быть. Любовь имеет начало и конец . Когда конец наступил и любви не стало, не всё ли равно, куда пойдёт, что будет делать тот, кто не любит. Если бы любил — никуда бы не пошёл.
Она закрыла ему рот рукой. Он отнял её руку.
- Кроме того, любовь неповторима. Со мной ты одна, а с другим будешь другая. Измена была бы, если бы можно было повторить одну и ту же любовь , но с другим человеком. То, что было моё, останется со мной и не повторится.

А знаете, чего на зоне больше всего? Здесь больше всего вранья и надежды. У кого ни спроси, получили срок случайно или по чьей-то ошибке. А может человеку страшно признаться, что он принес в мир зло ? Конечно, легче винить, чем каяться. Что же с нами случилось-то? Родились как все, с чистой совестью, учились что нельзя обижать, что нужно любить , жалеть, прощать... Потом что-то путается, сбивается, уже ничего не остаётся кроме подлого одинокого «Я». А может все преступления совершаются от одиночества и тоски? Когда никто тебя не любит, когда ты никому не дорог. Тогда всё можно?

- Иди работай!  — покраснев, рыкнула Вика.  — Между прочим, рабочий день давно начался. И руки фу от моей собственности!
— Крепостное право отменили в 1861 году,  — прощебетала Шелестова у меня над ухом.  — Мы с тех пор все свои собственные. Да, Харитон Юрьевич?

— Ну-ка стоп! Ты что делаешь?! Цветы нужно поливать отстойной водой!
— Так наш Горводоканал любезно предоставляет нам такую воду! Более отстойней воды я нигде не видел ещё.

— Игорёша, а что ты ищешь?
— Яйца для яичницы ищу.
— В аптечке?
— Да. Я просто подумал — если у нас в холодильнике в лотке для яиц лекарства лежат, может, яйца где-то там?

Привет. Ты знаешь, мне пора.
Я здесь немного задержалась.
Прости меня. Я у тебя... была.
Была, а не казалась.

Он ясен был лицом и величав,
Спокойством черт приветливых и чистых,
Но остальной змеиный был состав.

... В сорок лет надо жить какой-то особой жизнью — без лишних телодвижений, без суеты и без выпивки. Когда мне стукнет сорок, подумал я, нужно будет превратиться в египетскую статуэтку: правым ухом слушать дыхание жизни , а левым — дыхание смерти. Нужно будет прогнать всех, кто мешает, и даже тех, кто не мешает, но и не слишком помогает. Всех, кто отнимает время , донимает своей пустотой, занимает деньги без отдачи, понимает слишком много, вынимает ножик из кармана и принимает меня за дурака. Всех отлучить и сохранять равновесие .

Подоконник на кухне можно было назвать ее кабинетом. Она проводила здесь много времени, поэтому на нем лежали все необходимые вещи: два теплых пледа, несколько книг, планшет, пепельница, пачка сигарет, иногда оставались стоять чашки из под кофе .