Цитаты на тему «» — страница 28

Мы в самом деле очень хотим уснуть, чтобы проснуться уже в завтра . Там, где кажется, что вчера ничего особенного не произошло. Хотя, конечно, мы оба понимаем, что произошло все. И это «все» нас обязательно догонит. Не завтра . Когда-нибудь потом. Но догонит.
Это «все», эта пятисоткилограммовая гиря под названием «неприятный осадок» внезапно падает с потолка ровно в тот момент, когда отношения девочек и мальчиков, независимо от возраста и социального положения, переходят из фазы «любит – не любит» в фазу «как ты думаешь, на свадьбе невеста лучше смотрится в белой классике или стоит выбрать что-то более оригинальное?».
И это не вопрос, а утверждение. Она думает, что ты только этого и ждешь, тебе легче, когда направляют, ведь она об этом где-то читала или подруга рассказывала, точно она не помнит. А ты думаешь о том, как было здорово. Все эти ухаживания, томные перешептывания в темных ресторанах, романтические ночные прогулки , смешные подарки . Все то, что вчера было милой привычкой, сегодня оборачивается обязательствами. Потому что у нее в голове свадьба , кольца, подарки и подруги . А у тебя – вычурная церемония напоказ, потом теща , обстановка квартиры, дети , супермаркеты, семейные курорты и не спрятанный вовремя косяк.
И ты что-то мямлишь, тогда как от тебя ожидают бурной положительной реакции. И там, где должно было воздвигнуться твое «да», лежит теперь эта чертова гиря, а вы от нее по разные стороны.
И что бы ты ни сказал, в следующие пять минут, завтра , послезавтра, на неделе, в следующем месяце – все будет с ощущением «неприятного осадка». Когда отказ воспринимается как оскорбление , а согласие – как вымученное одолжение.
Гиря уже догнала. И очень скоро разметет вас и ваши отношения в мелкие щепки.
Дальше начнется весна нелепых придирок, лето взаимных упреков сменится осенью безосновательных выводов, которая соскользнет в зиму выяснения отношений, которых давно нет . Скорее всего это закончится пошлым скандалом. Ведь какое бы российское мелодраматическое шоу ты ни начинал смотреть, всегда смотришь «Пусть говорят».
В нашей с Оксаной ситуации выяснять ничего не нужно. Кажется, мы про себя все знаем. И ответ на ее вопрос «Что качественно изменилось между нами?» кажется очень простым.
Страх – вот наше единственное качественное изменение. Только у нее это страх потери времени, у меня – независимости.
Я боюсь, что скоро все исчезнет. Обладание собственным временем и пространством, отсутствие необходимости докладывать о том, во сколько я вернусь и зачем уезжаю. Чехарда ни к чему не обязывающих отношений, внезапные загулы с друзьями среди недели, суточное похмелье , разрывы и воссоединения во имя ничего. В общем – все то, что позволяет хоть как-то рефлексировать и писать, – все исчезнет. Пропадет под наслоением ежедневных ритуальных обязательств, именуемых семейной жизнью. Или «устроенностью», в категориях Оксаны. Я боюсь, что однажды уютный мир мещанских радостей, с которым сражался мой литературный герой, задушит меня в объятиях, сделав одним из пузатых папаш, губернаторов семейных резортов и мэров ИКЕА. Одним из тех «нормальных людей», над которыми я все эти годы издевался.

Кажется, эта девушка хранит у себя ключи от моей жизни .

Дорога в ад вымощена слабыми отговорками.

— Чем тебе не нравится песня о чувствах?
— Ничем. Чувства вроде петрушки, в салате никто не заметит.
— Чувства — не петрушка.
— Фрэнк, для тебя чувства — филе-миньон, а для меня петрушка. Даже хуже.

I try to live without you, every time I do I feel dead.

Люди , способные водить самолет , всегда найдутся, но нужен я, тот, кто эти самолеты изобретет — авиаконстуктор.

— А как вы стали лордом?
— Долго рассказывать.
— Тогда не стоит — у меня же куча дел!

Иногда плохие вещи случаются с хорошими людьми.

You're a drop in the rain ,
Just a number not a name .

Тебе не понять, что он забрал у меня. Мой мир безвозвратно разрушен. Он лишил меня Лоис и нашего не рождённого ребёнка. Того, кто должен был стать таким же, как я. Ещё один Криптонианец... Тем, кто заставил бы меня понять, что я не одинок. И я любил бы этого ребёнка больше всего на свете. И я смотрю на тебя... Твои родители умерли и оставили тебя одного, Брюс. Каково твоё оправдание чтобы не быть нормальным отцом? Ты сидишь в темноте, игнорируя Дика и своего сына Дэмиена... Сколько у них было друзей в Метрополисе, по которым они скорбят? Ты утешил их? Ты поддержал их?!

Парни, было у вас такое, что ты рассказываешь своей девушке историю и где-то на середине понимаешь, что лучше ей эту историю вообще не рассказывать? И начинаешь на ходу убирать из этой истории все весёлые моменты. В итоге получаются истории из серии: «Мы, короче, сидели у Серёги, было скучно, Серёга говорит: «Сейчас всё будет». Тут позвонили в дверь и мы легли спать».

Он доверительно наклонился ко мне, его восхищение можно было потрогать пальцами.

Ты должен понять. Наша судьба тесно связана с миром демонов и мы разделяем твой кровный интерес к этому делу. Однако, если она не доберётся сюда живой, этот разговор будет напрасен.

Историю можно записать, но также ее можно изменить. Время — могучая сила , в потоках которой история искажается...

На седьмом небе от счастья — под ногами бездна .

Если кто-то любит нас, мы должны сознавать себя совершенно недостойными этой любви . Никто недостоин того, чтобы его любили. И то, что Бог любит человека , означает, что в божественном строе идеального мира предначертано, что вечная любовь будет отдана тому, кто вовеки не будет её достоин. А если тебе показалось, что эту мысль слишком горько выслушивать, скажем, что каждый достоин любви , кроме того, кто считает себя достойным её. Любовь — это причастие, которое надо принимать коленопреклонно, и слова «Domine, non sum dignus» должны быть на устах и в сердцах принимающих его.

— Глядите, они, кажется, тачку вскрывают..
— Что будем делать?
— Мы — Лига Справедливости Америки, есть только одна вещь, которую мы должны сделать... Молча пойти в другую сторону.

— Сколько стоит парень , который ради меня терпел вилки в бедре?
— Не сколько. Он отказался от денег. У выхода машины. С ключом в зажигании. Мало ли...

Музыкальный бизнес очень переменчив. Это словно гарем полный красивых людей, которые трахают друг другу мозги, а вокруг тысячи уродливых бездарных козлов, которые так и ждут, чтобы урвать себе кусок славы.

Но эта инопланетная тварь связалась не с теми. Он думает, если переломать нам ноги , мы сдадимся. Но он не знает, насколько мы упрямы. Особенно защищая одного из нас.