Цитаты на тему «» — страница 10

У меня на редкость ясная голова и горячее сердце . Ах да, еще чистые руки , потому что я их часто умываю.

Жюльет никогда не хотела «улучшить» свое тело: накачать губы коллагеном, убрать морщины ботоксом, поднять скулы, сделать ямочку на подбородке, купить новую грудь . Наивно? Что ж, пусть так, но она хотела, чтобы ее принимали такой, какая она есть, — естественной, глубоко чувствующей, мечтательной.

Много вреда принесли книги о всяких хатха-йогических упражнениях. Какое невежество думать , что высшее и тончайшее может быть достигнуто чисто механическим путем! Вполне справедливо пишете Вы, что люди , стремясь к духовному развитию (причем они часто понимают это именно как достижение психических проявлений), совершенно упускают из виду, что без действенного служения общему благу развитие это будет однобоким и непрочным. Лишь общение с людьми зажигает наши внутренние огни, лишь при соприкасании с ними можем мы испытать себя и заострить и закалить клинок духа нашего. Несомненно, нужна некоторая изолированность и периодическое удаление для возобновления сил, но полное уединение никогда не может принести того напряжения сил наших, которое одно дает возможность их утончения.

Враг может появиться откуда угодно в любую минуту, и он тебя не пожалеет. Жизнь давно поделена на две части: прошлая — до появления первого настоящего врага — и новая, в которой враг или враги уже присутствуют. Благословенны наши враги, они делают нас взрослее.

У меня есть одна такая дурацкая привычка — «думать» называется. Из меня вышел не очень хороший американец, потому что мне нравится составлять своё собственное мнение [о вещах]. Я не подчиняюсь слепо когда мне приказывают.

Люди могут делать всё, но обижать детей в Рождество им не позволено.

Меня адвокат принимает, потому что я его клиент . А если и тут не обойтись без чужой помощи, значит, на каждом шагу только и придется, что клянчить и благодарить.

— Назови глагол от слова «глаз».
— Смотреть?
— Нет , сглазить.

1758 год
В ночь Гая Фокса в Нью-Йорке сжигали папу. В Англии 5 ноября считалось знаменательным днем. Прошло полтора века с тех пор, как католик Гай Фокс предпринял попытку взорвать протестантский парламент, после чего завелся обычай ежегодно сжигать его чучело. По этой самой причине торжества во многом напоминали древние ритуалы Хеллоуина. Ночь Гая Фокса пришла и в Нью-Йорк . Однако со временем ньюйоркцы решили улучшить старый английский обряд и добраться до самой сути. Они поволокли по улицам чучело самого папы с дальнейшим сжиганием его вечером на огромном костре, и все ликовали. По крайней мере, почти все. Городские католики могли бы и возразить, но их было мало, и им хватило ума помалкивать.

... многие стали ходить в храмы строго раз в неделю — словно исполняя скучную и малопонятную повинность.

Я не потерялась. Просто кто-то переместил мою улицу...

— Они ж парни не дурные, только хитрые.
— Так и шо?
— Шо?! Так и мы не из помойки взятые!

... наивность сильна, она позволяет нам не задумываться над последствиями.

Смерть – это когда-то, а жить надо сегодня. И не торопиться складывать лапки.

Любовь – свободна, она никогда не подчиняется судьбе.

Tant raille-on que plus on n'en rit,
Tant dépent-on qu'on n'a chemise,
Tant est-on franc que tout y frit,
Tant vaut "Tiens!" que chose promise,
Tant aime-on Dieu qu'on fuit l'Eglise,
Tant donne-on qu'emprunter convient,
Tant tourne vent qu'il chet en bise,
Tant crie-l'on Noël qu'il vient.

Вот они — итоги жизни: сперва идешь впереди, потом остаешься позади.

Чередование невзгод и удач слишком ясно показало мне непостоянство тех, кому я больше всего доверял.

Я сказал, что я не тот тип, не так ли? Я сдаюсь. Айзен-сама не собирается помогать нам. Эти ребята сильны. Даже если мы продолжим борьбу, вероятно, кто-то другой умрет. Так что давай пойдем домой и немножечко поспим.

– Доктор Геббельс, что вы знаете о лютеранских пасторах, которых арестовало Гестапо?
– Мы арестовываем преступников... Вы сами видели, что даже Нимёллер находится на свободе.
– Это правда , что 63 человека было арестовано?
– Мистер Ширер, Германия встаёт с колен. А те, кто хочет подорвать авторитет Германии, не может рассчитывать на нашу защиту.