Цитаты на тему «» — страница 163

Не будет проку от хурмы, за сладость которой заплачено жизнью птиц. Удел бессильных — объявлять войну тем, кто тебя слабее.

... страх и самовнушение убивают впечатлительного человека вернее ножа.

Я люблю периодически выбираться с острова. Не слишком далеко; лучше, если его еще можно увидеть, – но порой бывает крайне полезно глянуть на вещи со стороны, в перспективе. Естественно, я понимаю, какой это крошечный клочок земли, я ж не идиот. Я представляю себе размер земного шара и знаю, насколько ничтожная часть его мне известна. Слишком много я смотрел телевизор, слишком много видел передач по географии и природоведению, чтобы не понимать, насколько куцы мои познания, вернее, личный опыт ; но не больно-то и хотелось – я не испытываю ни малейшей тяги к дальним странствиям или к расширению круга общения. Я знаю, кто я есть и каковы мои реальные возможности . И сужаю собственные горизонты я отнюдь не без причины: страх – да, пожалуй – и потребность перестраховаться и обеспечить себе безопасность в мире, который по чистой случайности обошелся со мной так жестоко – в возрасте, когда я не имел ни малейшей возможности сам на него повлиять.

Казалось на этой планете не существовало печали без радости, и на каждую радость приходилась уравновешивающая её печаль — словно кто-то переставлял гирьки на неведомых весах.

Баня русская всегда славилась на флоте,
На горячий на полок лезешь как на клотик.
Из похода воротясь, парятся недаром,
И недаром говорят: «Дядя, с лёгким паром!»

Вот, посмотри, я не погибла без тебя, стала сильнее и осанку теперь держу не только на фотографиях.

Дилетанты не просто могут позволить себе совать нос куда угодно, — они просто обязаны совать нос куда угодно, и к чертям всех ученых тупиц, которые пытаются упрятать их в какой-нибудь тесный каменный мешок.

— Ну, что будем сними делать?
— Не знаю. Можно закопать их в саду до возвращения дяди. Но этот сад такой большой. Я боюсь, мы позабудем, где их закопали.

Кстати, эта Академия права приняла постановление, согласно которому, любовь к фюреру является правовым понятием, поэтому, за нелюбовь к фюреру можно судить уголовным порядком.

Мы тут так веселимся, что совсем забыли и думать об остальном мире. А не потому ли мы так богаты, что весь остальной мир беден и нам дела нет до этого?

Одна моя знакомая говорила, что легче переспать с мужчиной, чем назвать его по имени.

Даже если мне придётся стоять на краю безысходности, я буду хвататься за самый малейший шанс .

— Нам письмо от Гитлера. «Отправляясь в плен , с собой иметь пару чистого белья, котелок и ложку».
— Черт , а у меня котелка нет .

Извините моего брата, по нему электрический стул плачет.

Больных или раненых лошадей пристреливают, чтобы они не страдали, это известно всем с раннего детства. Но с людьми не так. Их пытаются вытянуть что есть силы , пока горит хоть маленький огонек жизни , они вынуждены страдать до конца. Словно заслужили наказание .

Они, немного сократив расходы , могли позволить себе уехать по-настоящему. Скажем, в Пальмиру, пока религиозные фанатики окончательно не разрушили её. Или хотя бы добраться на машине до Луизианы, гулять по хлопковым ранчо, сидеть на резных балконах; купить билет на пароход по Миссисипи, дышать холодом над рекой, смотреть в мутную воду и пытаться представить, сколько костей лежит на дне.

— Я бы ещё с тобой поспорил, если бы мне не было ясно, что на эту тему — кем быть — спорить просто бесполезно и глупо, — сказал Ваня с улыбкой. — Надо быть человеком образованным, знающим свое дело, трудолюбивым, а если у тебя к тому же есть талант поэтический, он себя проявит.

Я ещё раз говорю, я не повторяюсь!

— El hambreagudiza el ingenio, — сказал Рафаэль.
Голод обостряет ум.
— Хорошая пословица, — сказал Магнус. — Тем не менее, как и многие пословицы , она звучит мудро, но ничего, на самом деле, не разъясняет.

Весной даже страшное кажется пустяковым. Весной слёзы высушивает в цветочно-завораживающий воздух. Весной расцветают сердца...