Цитаты на тему «» — страница 5

— А я бы хотел чтобы мне поделали сороку-белобоку.
— А можно мы сделаем то, что не войдет в эфир?
— Мне сороку-белобоку?!

— Ты прикинь, дядя Борь, вот змея , а?
— Что такое? Не согласилась на ужин ?
— Согласилась. Сама на развод подала втихаря. Вон повестку прислали... Коза!
— Женщины ... <...>
— Вот овца!
— Змея, коза, овца... Любишь ты её...

... Любое вегетарианское блюдо вкуснее с мясом.

— Кукурузные палочки!
— У меня десять пальцев на руках!
— ЭТО РЕАЛЬНО СОСНА!

— Меня ранили, ты спросишь как. Ты спросишь как?
— Младший лейтенант, пойдемте!
— Снова ранили, спроси как!

Я в детстве заболел
От голода и страха. Корку с губ
Сдеру — и губы облизну; запомнил
Прохладный и солоноватый вкус .
А все иду, а все иду, иду,
Сижу на лестнице в парадном, греюсь,
Иду себе в бреду, как под дуду
За крысоловом в реку, сяду — греюсь
На лестнице; и так знобит и эдак.
А мать стоит, рукою манит, будто
Невдалеке, а подойти нельзя:
Чуть подойду — стоит в семи шагах,
Рукою манит; подойду — стоит
В семи шагах, рукою манит.
Жарко
Мне стало, расстегнул я ворот, лет, -
Тут затрубили трубы, свет по векам
Ударил, кони поскакали, мать
Над мостовой летит, рукою манит -
И улетела...

Душа моя затосковала ночью.
А я любил изорванную в клочья,
Исхлёстанную ветром темноту
И звёзды, брезжущие на лету
Над мокрыми сентябрьскими садами,
Как бабочки с незрячими глазами,
И на цыганской масленой реке
Шатучий мост, и женщину в платке,
Спадавшем с плеч над медленной водою,
И эти руки , как перед бедою.

Я век себе по росту подбирал.
Мы шли на юг, держали пыль над степью;
Бурьян чадил; кузнечик баловал,
Подковы трогал усом, и пророчил,
И гибелью грозил мне, как монах.
Судьбу свою к седлу я приторочил;
Я и сейчас, в грядущих временах,
Как мальчик, привстаю на стременах.

Мы похожи на людей, стоящих на берегу моря и бросающих в него золото — это драгоценнейшее время , данное нам для спасения души; придёт пора, поищем его, но уже не найдём.

И свет дневной идёт ко мне в окно ,
И ночи так томительны и нудны,
И все движенья стали как-то трудны...
И разучился я смеяться, веселиться
И вот от этого и хочется, ей-ей,
Уйти с земли как можно поскорей...

Не смолкай, говори... В ласке речи твоей,
В беззаветном веселье свиданья
Принесла мне с собою ты свежесть полей
И цветов благовонных лобзанья.

Терзай меня — не изменюсь в лице.
Жизнь хороша, особенно в конце,
Хоть под дождем и без гроша в кармане,
Хоть в Судный день — с иголкою в гортани.

У человека тело
Одно, как одиночка.
Душе осточертела
Сплошная оболочка
С ушами и глазами
Величиной в пятак
И кожей — шрам на шраме,
Надетой на костяк.
<...>
Душе грешно без тела,
Как телу без сорочки, -
Ни помысла, ни дела ,
Ни замысла, ни строчки.
Загадка без разгадки:
Кто возвратится вспять,
Сплясав на той площадке,
Где некому плясать?
И снится мне другая
Душа , в другой одежде:
Горит, перебегая
От робости к надежде,
Огнем, как спирт, без тени
Уходит по земле,
На память гроздь сирени
Оставив на столе.
Дитя, беги, не сетуй
Над Эвридикой бедной
И палочкой по свету
Гони свой обруч медный,
Пока хоть в четверть слуха
В ответ на каждый шаг
И весело и сухо
Земля шумит в ушах.

Всё, что мило, зримо, живо,
Повторяет свой полёт,
Если ангел объектива
Под крыло твой мир берёт.

Меня ты в толпе не узнала -
Твой взгляд не сказал ничего;
Но чудно и страшно мне стало,
Когда уловил я его.
То было одно лишь мгновенье -
Но, верь мне, я в нем перенес
Всей прошлой любви наслажденье,
Всю горечь забвенья и слез!

Быть гневливым и раздражительным есть не что иное, как наказывать себя за чужие глупости .

Я надоел себе, я от себя устал,
И вот от этого, наверно, и не спится...

Эй, в чёрном ситчике, неряха городская,
Ну, здравствуй, мать-весна! Ты вон теперь какая:
Расселась — ноги вниз — на Каменном мосту
И первых ласточек бросает в пустоту.

Семь голубей — семь дней недели
Склевали корм и улетели,
На смену этим голубям
Другие прилетают к нам.
Живем, считаем по семерке,
В последней стае только пять,
И наши старые задворки
На небо жалко променять:
Тут наши сизари воркуют,
По кругу ходят и жалкуют,
Асфальт крупичатый клюют
И на поминках дождик пьют.

И, на Время взирая с мольбой,
Ощущая Его быстротечность,
Сквозь обычную нашу беспечность ,
Не всегда оставаясь самими собой,
Мы уходим в холодную Вечность ...