Цитаты, афоризмы и статусы на тему «Анжелика. Война в кружевах»

Не стоит принимать решение в состоянии душевного разлада. Время лечит самые страшные раны .

— Вы считаете меня обманщиком или лицемером?
— Что лучше — солгать королю или вызвать его немилость?

Благодаря помощи Всевышнего Божии помазанники могут более прозорливо управлять своим народом. Но не думайте, что это право без обязанностей, и одна из них — даровать прощение . У вас, мои мятежные подданные, хватило отваги, чтобы выступить против короны с оружием в руках, но этим вы вызываете у меня меньше возмущения, чем те люди , что находились рядом со мной, заверяя в своем почтении и преданности, между тем как я отлично знал, что они с легкостью предавали и в душе не испытывали ни подлинного уважения, ни настоящей привязанности ко мне. Я ценю честность в поступках.

— Право , мужества вам не занимать. Разве у вас не было серьезных причин опасаться моего гнева?
— Конечно, были. И поэтому я думала, что чем раньше состоится наша встреча , тем лучше. Никто не выигрывает, оттягивая момент принятия горького лекарства .

— Вы больше никогда не встречали ту девушку? — со вздохом спросила маркиза.
— Встретил. Через много лет. И понял, что юность дарит нам странные несбыточные иллюзии , особенно когда речь идет о первой любви . Та девушка стала злой, решительной, и в итоге, опаснее всех женщин, вместе взятых. <...>
— Филипп, та девочка по-прежнему жива во мне, и вы это знаете.

— Слово «опасаться» недостойно уст Вашего Величества!
— Ни одна опасность не кажется мне настолько грозной, как суровость ваших прекрасных уст.

Речь не идет о доброте. Увы, дорогая Безделица, что мы можем противопоставить любви ? — сказал король со скрытой грустью. — Это чувство не знает полумер. Если я не в состоянии пойти на низость , то остается только проявлять великодушие .

И по дороге, она неожиданно поняла, что именно мешало ей наладить отношения с мужем: собственный опыт общения с мужчинами. Она слишком много знала о мужчинах, умела распознать их слабости и хотела привязать к себе мужа, используя проверенное оружие . Но с Филиппом ее могла соединить только девственная чистота юных сердец. Они были созданы для того, чтобы встретиться в шестнадцать лет, когда оба испытывали неутолимую любознательность, в которой стыдно признаться, когда предвосхищение тайн еще невинно, когда молодые тела, охваченные новым, неизведанным желанием, еще трепещут от страха и стыдливости, удовлетворяясь малым: прикосновением рук, улыбкой, поцелуем, открывающим ворота в рай .

— Хочу подчеркнуть, — сказал он, — что, невзирая на пробелы в моем образовании, я все же умею считать до девяти, и если бы этот ребенок не был моим, то природы уже вынудила бы вас произвести его на свет . Добавлю: я считаю вас способной на все и даже на большее, но не на подобную низость .
— Однако женщины способны на подобные низости... вы так презираете женщин... я ожидала недоверия с вашей стороны.
— Вы непохожи на остальных женщин, — надменно заявил Филипп. — Вы — моя жена!

«Что случилось бы, если бы мы встретились тогда? — подумала Анжелика. — Мы робко посмотрели бы друг на друга ... он предложил бы мне яблоко. И мы пошли бы в свете луны, держась за руки ...» Двое светловолосых подростков на шелестящих листвой аллеях старого парка, куда порой забредают лани из Ньельского леса... Двое подростков, охваченные несказанным счастьем, тем счастьем, которое можно испытать только в шестнадцать лет, когда хочется умереть на перине из мха, целуясь в тени деревьев... Анжелика никогда бы не узнала о тайне ларца с ядом... Может быть, вся ее жизнь сложилась бы по-другому...

Мы сражаемся за своих детей, стараемся укрыть их от невзгод, работаем не покладая рук и все время повторяем себе, что однажды наступит пора, когда мы будем жить вместе с ними, радуясь их присутствию, и что у нас появится наконец время их узнать. Но когда этот день наступает... дети уже выросли! И собираются нас покинуть.

— Вот почему вы так и не познали любви , — тихо сказала Анжелика, обращаясь скорее к самой себе.
— Ошибаетесь! Мне кажется, что в этой области мой опыт весьма богат и разнообразен.
— Это нельзя назвать любовью, Филипп.

Зачастую ваше беспечное щебетание — не что иное, как способ скрыть что-то важное, сокровенное. Кстати, ваши замечания бывают весьма остроумными. Продолжайте молчать таким же образом: это отличный способ вращаться в свете, но при этом надежно сохранять свои тайны.

Одно дело помыслы, а другое — реальность , между этими понятиями лежит пропасть .

Вы трепещете от удовольствия при мысли , что играете с огнем. Легче сделать чистокровного скакуна из рабочей лошади , чем изменить природу потаскухи.

— Не ходите, — взмолилась Анжелика.
— Хорош бы я был, не явившись на зов короля, — смеясь, возразил дю Плесси. — На войне как на войне, моя дорогая. Сначала я должен заняться врагами Его Величества.
Маркиз склонился к зеркалу, разгладил светлые усы и взял шпагу.
— Как там было в песенке, которую пел ваш сын Кантор?... Ах да!
Прощай, мое сердце ! Тебя я люблю,
то с жизнью, с надеждой прощанье.
Но все же должны мы служить королю
И нам предстоит расставанье.

Это — искусство одеваться, Филипп. Женские доспехи. Именно они придают особое очарование придворным праздникам.

Ох уж эти женщины ! Они извинились и полагают, что все сразу забылось! Какая важность , что я стал вашим мужем исключительно под действием угроз с вашей стороны! Неужели вы думаете, что настолько серьезную обиду можно загладить одним извинением?

Даже крестьянин, если он, конечно, не зверь, получает удовольствие , сидя у очага и наблюдая за тем, как жена кормит его первенца.

Я хотел бы вовлечь в борьбу всех несчастных и подарить им победу. Но для того, чтобы подняться, нужна недюжинная сила ... Единство , без которого нас уничтожают поодиночке. Закваска мятежа киснет прежде, чем успеет подойти тесто.