Цитаты на тему «» — страница 155

Не стоит нашим детям отказываться от изучения английского, в пользу изучения автомата Калашникова, дабы заставить мир говорить по-русски! Будет гораздо лучше, если наши дети станут мудрее нас и научатся вести диалог на разных языках мира и без оружия!

Иногда мы выбираем путь , повинуясь не разуму, а велению сердца. На нем-то нас и поджидают самые сильные переживания и самая яркая любовь — невозможная любовь .

Насколько всё-таки велика приспособляемость человека: стоит кому-то что-то вам протянуть, и ваша первая реакция — взять это. Не важно, чек ли это на тысячу долларов или связка динамита с подожжённым фитилём, ваша первая реакция — взять.

Одним из симптомов приближающегося нервного срыва является вера в то, что твоя работа неимоверно важна, и что уход в отпуск приведет к всевозможным несчастьям.

Молодые не знают, что опытность — это поражение и надо все потерять, чтобы немного узнать.

Дружба – не весенний цветок, говорил отец , она растет как дуб. Впрочем, добавил он, здесь встречаются исключения , как и в любви .

Прежде чем взбираться по лестнице к успеху, убедитесь, что она прислонена к тому зданию, которое вам нужно.

Мы никому не нужны, кроме наших родителей в жизни . Печально, но это правда , и она редко имеет исключения . Если завтра , например, что-то случится, и вы будете вынуждены постоянно находиться в постели, только мать или отец возьмутся ухаживать за вами. Несмотря на то, что отношения не совсем ладились или по какой-то причине общение между вами было прервано, родители отдадут всё, чтобы вы были живы и здоровы. Порой и многолетняя дружба разбивается о реальные проблемы , решить которые вряд ли получится одними лишь разговорами на кухне. Пока люди сильны, здоровы и могут себя обслуживать, они интересны друг другу. Но как только кто-либо становится заметно слабее или вообще оказывается прикованным к постели, даже самые близкие друзья растворяются в пространстве. Многие недовольны своими родителями, потому что те якобы что-то сделали не так. Где-то не услышали, где-то не захотели понять, где-то неправильно себя повели. Но их никто этому не учил, как и вас никто не наставит. Мы все допускаем ошибки , но в итоге перед лицом самых сложных испытаний остаёмся именно с родными. Позвоните родителям!

Не стремитесь быть нравственными и справедливыми, друзья ! Внимательно наблюдайте за вашим желудком, питайте его с разуменьем и тщательностью. Тогда удовлетворение и добродетель воцарятся у вас в сердце без всяких усилий с вашей стороны; вы станете добрым гражданином, любящим мужем, нежным отцом — благородным, благочестивым человеком.

Человек редко преуспевает в чем бы то ни было, если его занятие не доставляет ему радости.

Если мы хорошо воспитаны, то не страдаем ни от каких ограничений в наших чувственных удовольствиях.

Headlong down the highway and you're rushing,
Headlong out of control .
And you think you're so strong,
But there ain't no stopping and you can't stop rockin',
And there's nothin' you can, nothin' you can,
Nothin' you can do about it.

Когда людям... за вас стыдно, они именно так себя и ведут — избегают смотреть вам в глаза .

Я не коммунист, я просто человек , и думаю, что мне понятна реакция любого другого человека . Коммунисты такие же люди , как мы. Если они теряют руку и ногу, то страдают так же, как и мы, и умирают они точно так же, как мы. Мать коммуниста такая же женщина, как и всякая мать . Когда она получает трагическое известие о гибели собственного сына, она плачет, как плачут другие матери. Чтобы понять её, мне нет нужды быть коммунистом.

Когда я в лагере был, то я писал даже на каменной кладке. Я на клочке бумажки писал карандашом, потом содержание запомню и уничтожаю бумажку.

Чем только не нагружают они свое утлое суденышко, заваливая его до самой верхушки мачты! Тут и нарядное платье и огромные дома; бесполезные слуги и толпы светских знакомых, которые ценят вас не дороже двух пенсов и за которых вы не дадите и полутора; пышные приемы с их смертной тоской; предрассудки и моды, тщеславие и притворство , и — самый громоздкий и бессмысленный хлам! — опасение, что о вас подумает ваш сосед... Все это хлам, старина! Выбрось его за борт! Он делает твою ладью такой тяжелой, что ты надрываешься, сидя на веслах. Он делает ее такой неповоротливой и неустойчивой, что у тебя нет ни минуты покоя, ни минуты отдыха, которую ты мог бы посвятить мечтательной праздности; тебе некогда взглянуть ни на легкую рябь, скользящую по отмели, ни на солнечных зайчиков, прыгающих по воде, ни на могучие деревья , глядящие с берегов на свое отражение , ни на зеленые и золотые дубравы, ни на волнующийся под ветром камыш, ни на осоку, ни на папоротник, ни на голубые незабудки.

Благоухая одеколоном, я заварил крепкий чай , и в Лидиных кастрюлях обнаружил множество еды. Жевал и пил, разглядывая хохлатого петуха, сидевшего на чайнике. Желтое дерево кухни, золотистый торшер, хохлатый петух, запах чая и того же одеколона размягчили мою волю, а ей следовало твердеть и готовиться. Родной дом , жизнь , смерть…
В конце концов, как я понимаю свою смерть ? Нет , не жар крематория и не осыпь могилы , не слияние с природой и не приобщение к планетарному духу… Для меня смерть – это прежде всего уход из дому. И нет ничего страшней.

… В нашем [духовном] звании надо выбирать: либо благоденствовать в этом мире, либо в жизни будущей; середины нет .

В моей жизни бывало так, что меня обижали, как мне кажется, напрасно, незаслуженно. А у меня такая воля , что, если человек меня обидел, я его исключу из своей жизни , я могу с ним здороваться и разговаривать, но он для меня как человек уже не существует...

Вы никогда не отыщите семью — где тишь да гладь и божья благодать.