Цитаты на тему «» — страница 84

— В машину.
— Но вы убили его.
— Пришлось, он собирался убить вас.
— Тогда ладно.

Нельзя убить то, что уже мертво.

... Пусть я одна, а их тысячи, и я никого не убью. Это-то и важно, что их тысячи. Когда тысячи убивают одного, то, значит, победил этот один.

Вы когда-либо задумывались над тем, кого именно мы убиваем? Это всегда люди , которые говорили нам жить вместе в гармонии и пытаться любить друг друга ... Иисус , Ганди, Линкольн, Джон Кеннеди, Бобби Кеннеди, Мартин Лютер Кинг, Марта Риверс, Малкольм Икс, Джон Леннон... Все они говорили: «Пытайтесь жить в мире друг с другом!»

Потому что любить кого-то – это значит помогать ему, когда он попал в беду, заботиться о нем и говорить ему правду.

Нет , я не над схваткой, я принимаю сторону Украины. Мне не нравится, что она воюет, но я не знаю, как можно из этого выйти — в тех стандартах, в которых живёт человечество: «Надо защищать свою территорию, надо бороться!». Но никакая территория не стоит того, чтобы за неё убивать, даже если эту территорию называют родиной. Человечество очень любит воевать, оно усматривает в этом героизм , тех, кто не хочет воевать, оно осуждает. Но таких, к сожалению, очень мало. Мало пацифистов. Кому-то всё равно, а кому-то кажется — ну, а как иначе. Многие просто не верят, что мир без войны возможен. Зачем трепыхаться, если ничего не изменишь.

Палки и камни могут переломать тебе кости , а слова — нет .

Цепи привычки , – кивнул наш сосед. – Мы трудимся, чтобы достичь некой цели, а достигнув ее, чувствуем, что нас тянет к прежнему труду.

Убивай или убьют тебя.

Кто-то сказал когда-то давно, что людям свойственно убивать тех, кого любишь. Что ж, верно и обратное.

Убийство — продукт цивилизации.

Это не считается убийством, если подстрелил животное.

Если бы мне не хватало трупов, я бы без всякого злого умысла совершил бы убийство .

Для убийства не нужно привидение, восстающее из могилы . Злоумышленник – человек из плоти и крови, и я отыщу его.

... убийство — один из элементов естественного отбора.

Тебе так же хочется узнать это, как и мне. Только ты не так честен, как я, тебе всегда необходимо притворяться.

Я не знала, что люди убивают других людей.

— Помнишь, как он бил меня? До синяков. Обе руки были в синяках от самого плеча; в синих синяках, черных в крапинку, каких-то странных желтых. Ударит и убежит, таков он был, этот Ральф, ударит и убежит...
— И, однако, ты любил его?
— Да, как мальчики любят мальчиков, когда мальчикам восемь, десять, двенадцать, и мир невинен, а мальчики злее злого, ибо не ведают, что творят, но творят все равно. И, видно, где-то в потаенных глубинах души мне было обязательно нужно, чтобы мне причиняли боль . Мы, закадычные друзья , нуждались друг в друге. Ему нужно было бить. Мне — быть битым. Мои шрамы были эмблемой нашей любви .

— Слушай! Если бы ты не залезла на крышу, мы бы не влипли в это дерьмо . Одного из наших подстрелили, может быть, насмерть. Тебя точно надо убить.
— Ты прав. Давай, у меня мало времени.
— Чёрт. Слушай, если так хочешь, я тебя убью, только не грузи меня сейчас. Я убью тебя потом, обещаю. Один выстрел в башку, и всё. Даже по тротуару не размажешься.

... гость — это драгоценный камень на подушечке гостеприимства.