Цитаты на тему «» — страница 49

— Проходите. Садитесь. Почему вы нарушили мои строжайшие правила и приехали днем?
— Мне пришлось. Сегодня утром приходил Бонд.
— Я знаю, я приказал его убить. Почему он все еще жив?
— Наши попытки провалились.
— Ваши попытки провалились. Не люблю провалов, больше такого не случится, профессор.
— Нет . Я пришел предостеречь вас.
— Меня?
— Сказать вам. Бонд обнаружил, что это образцы скал с Крэб Ки. Он не дурак. Он обязательно приедет сюда.
— Надеюсь, нет . Если это случится, виноваты будете вы. Вы меня поняли?
— Я все понял.
— Подойдите к столу. Видите, что в клетке? Возьмите это.

— Может я и не видел войны, но я знаю взгляд человека , который любит убивать. Тебе это легко.
— Просто я это умею. Слово «легко» тут неуместно.

Никого не буду убивать в день нашей свадьбы.

Одной из фантастических причуд моего друга — ибо как это еще назвать? — была влюблённость в ночь , в её особое очарование… При первом же проблеске зари захлопывали ставни старого дома и зажигали два-три светильника, которые, курясь благовониями, изливали тусклое прозрачное сияние. В их бледном свете мы предавались грёзам, читали, писали, беседовали, пока звон часов не возвещал нам приход истинной Тьмы. И тогда мы рука об руку выходили на улицу, продолжая дневной разговор или бесцельно бродили по поздней ночи, находя в мелькающих огнях и тенях большого города ту неисчерпаемую пищу для умственных восторгов, которую дарит тихое созерцание.

Видите ли, родные и близкие самоубийц часто терзаются угрызениями совести. Они считают – пусть даже безосновательно, — будто не сделали всего, что в их силах, чтобы не допустить трагедии. А вердикт «убийство» мог бы избавить родственников от всяких угрызений, правда ?

Что правильно , а что нет ? Это решает человеческое сердце . Но что же тогда это сердце ? То, что кто то считает светом, для другого может быть тьмой. Желать только света, не ведая о тьме... я так не могу.

В мире все нападают друг на друга и убивают друг друга . Мы пытаемся оправдать себя, говоря, что это единственный верный выбор . Но нет такой причины , ради которой можно отбирать жизнь . Сам акт отнятия жизни – зло . И если такая вещь, как душа все-таки существует, не похоже, что это хоть как-то поможет.

— Этот звук у вас в сердце , что это?
— Убийство !

Я убивал, я породил сына, я был влюблен и все это время я боялся. Но тот, кто не ведает этого страха, не ведает и доблести.

Я не хотел ничего такого. Массовые убийства не входят в мои увлечения, я бизнесмен.

Убить кого-нибудь — так же просто, как выйти за дверь . Когда мне хотелось убить, я просто шел и находил жертву.

Убьёшь человека — преступник. А выдумаешь оружие , чтобы убить 100 тысяч человек — и ты герой!

— Ей нужен психолог.
— Он нам всем нужен.

С причала рыбачил опоссум Андрей
И лапой он бил по воде.
Андрей доставал из воды окуней
И бил их башкой по земле.
Выбрасывал сразу он окуней —
На них ему было плевать.
Рыбой вообще не питался Андрей,
Он просто любил убивать.

С самого начала я хочу сделать ясной одну вещь: Соединенные Штаты абсолютно солидарны с Великобританией. США считают, что Россия несет ответственность за нападение на двух человек в Соединенном Королевстве при помощи боевого нервно-паралитического вещества.

Будь моим киллером, милая, я тебе доверяю,
Ты не задумываешься, берешь ствол и стреляешь,
Контрольный в голову мне, плюс себе одиночный.

— Ну чего вы молчите как на иконе? Может, мне Вам сказать, что один из вас убил его?
— Убил, не убил, хотел-то каждый.

Эпилог.
Я смог остановить свои непрерывные попытки свести счёты с жизнью. Однако ценой того, что я остался жив, стала смерть двоих полицейских. Я убил их, застрелил обоих. Этого не должно было случиться. Доктора подтвердили, что я находился в состоянии психоза, и значит, наказание , которое мне назначат, не будет слишком тяжелым.
Я должен буду провести остаток своей жизни в лечебнице для душевнобольных, где медсёстры и доктора смогут заботиться обо мне. Они разрешили мне дописать эту книгу, — и это мне очень помогло. Я написал себе персональный хэппи-энд . Теперь я чувствую себя лучше, я почти примирился с собой, и хотя я по-прежнему прикован к креслу-каталке, сейчас я готов принять это. Я конечно, никогда не прощу себе убийства двух полицейских, но вокруг меня столько людей, готовых оказать мне поддержку, что, я думаю, всё будет в порядке. Доктор Пурнелл наставляет меня и наблюдает за моим прогрессом. Мне повезло с ним.
Софи навещает меня время от времени, когда доктора позволяют ей. Они всё ещё считают её визиты слишком «дестабилизирующими» для меня и мешающими моему прогрессу. Каждый раз я прошу у неё прощения за то, что сделал её жизнь такой несчастной. Она только слабо улыбается в ответ и просит не болтать ерунды, но я вижу боль в её глазах каждый раз, когда она смотрит на меня. Она нашла себе нового друга , готового быть рядом с ней и заботиться о ней. Я рад за неё, хотя и скучаю по тем временам, когда мы были рядом, зная, что их уже не вернуть.
Думаю, что это хороший момент, чтобы закончить эту книгу. Она изменила мою жизнь навсегда.
Конец .

Теперь человечен тот, кто жесток, жесток тот, кто человечен.

Временами я воспринимал себя как некую элитную проститутку от живописи.