Цитаты на тему «» — страница 41

Не будь такой наивной, Дийана. Если бы я хотел тебя убить, то выбрал бы менее изощренный способ .

Наши вещи могут пережить нас. Могут говорить за нас. И даже убить нас. В этом есть величайшая несправедливость .

Прекрасно понимал... Прекрасно осознавал, что, приблизившись к нему, буду убит. Я вовсе не питал иллюзий относительно своего выживания. Я думал только о ней. Результат — не имеет значения. Обязанностью Эмии Широ было её спасение . Возможно, лишь страх того, что Сэйбер погибнет, смог пересилить боязнь собственной смерти.

— Да, в общем, ничего ты не натворил. Ты совершил подвиг .
— Какой подвиг ?
— Хороший подвиг , — уклонился от описания Ул. — Правда , есть, чудо былиин, небольшая проблема! Можно сказать, карликовая!
— Какая? — с облегчением спросил Сашка. Иметь дело с карликовой проблемой было не так страшно, как с большой.
— Да такая вот проблема… Убили тебя.

— Что он тебе такого сделал?
— Ничего. Я его впервые видел.
— Впервые увидел и сразу же убил?
— А мне сначала нужно знакомиться с теми, кого я убиваю?

— А скажи-ка нам, Маня, за что бы ты мужику отравы в компот подсыпала?
— Я бы не стала никого травить, у меня характер не такой.
— Ага, да знаю я о твоём мягком характере. Вопрос в другом, за какие заслуги можно ухлопать солидного и ценного для общества холостяка, а?
— Ну, если бы подлец разбивал мне сердце в течение нескольких лет, а потом бы заявил, что он очень виноват и что все эти годы не мог разобраться в своих чувствах, а сейчас я ему не нужна, потому что он нашёл ту единственную, на которой хочет жениться и даже кольца купил...

Когда убили одного,
все спрашивали: кто? кого?
когда? с какою целью?
солдат ли? офицер ли?
Когда убили десять лиц,
все вслух позорили убийц,
запомнив благосклонно
убитых поимённо.
Когда убили сто персон,
никто не спрашивал имён -
ни жертв, ни убивавших,
а только — наших? ваших?
Когда убили миллион,
все погрузились в смертный сон,
испытывая скуку,
поскольку сон был в руку.

Я убиваю ради светлого будущего.

Когда начнешь убивать, уже невозможно остановиться, – сказал Бонин одному журналисту. – Убивать с каждым разом все проще и проще...

Когда демократии слишком много, это приводит к смертоубийству.

– Я считаю Сент-Мэри-Мид, – многозначительно отчеканил он, – лужей со стоячей водой.
Он взглянул на всех вызывающе, ожидая возражений, но никто не возмутился; мне кажется, это его разочаровало.
– Сравнение не очень удачное, милый Рэймонд, – живо отозвалась мисс Марпл. – Мне кажется, если посмотреть в микроскоп на каплю воды из стоячей лужи, жизнь там, наоборот, так и кипит.
– Конечно, там кишит всякая мелочь, – сказал литератор.
– Но ведь это тоже жизнь , в принципе мало отличающаяся от всякой другой, – сказала мисс Марпл.
– Вы равняете себя с инфузорией из стоячей лужи, тетя Джейн?
– Мой милый, это же основная мысль твоего последнего романа, я запомнила.
Остроумные молодые люди обычно не любят, когда их собственные изречения обращают против них.

Отнимать чью-то жизнь , когда и так столько жизней было отнято, — это непростительный грех .

Некоторые не могут убить человека .
Сначала им необходимо лишить его человеческого облика.

Слишком лёгкая добыча — отнимает вкус победы

— Грейс, ты молодец! Ты подстрелила очень плохого парня.
— Ни дня без трупа...
— Эй, как ты?
— Я... чувствую себя просто отлично! Мне начинает нравиться стрелять в людей... Купился!!!

Конечно, наши предки жили без телевизора, кино и фотографий и перед их глазами были только реальные люди , а механизмы сознания наших предков выполняли ту работу, которую нужно было выполнять. Теперь эти механизмы перегружены. В каком-то смысле образы, которыми нас пичкает Голливуд и Мэдисон-авеню, сродни вкусу мороженого «Бен-энд-Джерри». Вкусные добавки и зрительные образы вторгаются в механизмы сознания, которые были приспособлены для выживания и воспроизводства потомства в совершенно ином мире. Если вы будете поглощать эти добавки и образы в слишком большом количестве, это может причинить вред здоровью.

— А я осталась одна. И однажды я тоже буду так же больна, и никого не будет рядом, когда придёт время ...
— Я убью тебя... Когда придёт время . Если захочешь... Можно и сейчас, если что. Кажется, у меня тут была бейсбольная бита.

— Октавиан сказал, что ты убила человека .
— Да, убила.
— Хорошего человека.
— Очень хорошего человека. Лучшего из всех, кого я знала.

— Скажи мне, Рин, ты хочешь стать наемным убийцей, как сэр Джордж?
— Я хочу стать рыцарем, как сэр Джордж.
— Зачем?
— Это весело.
— В убийстве нет ничего веселого, Рин. Это очень грязно и ужасно неприятно. Я бы никому не пожелал этот путь .

– Вполне естественно, мне кажется, бороться за свою жизнь , – задумчиво произнес я.
– Знали бы вы, сколько убийц разгуливает на свободе по милости добросердечных присяжных, – мрачно сказал инспектор, – вы бы поразились.