Цитаты на тему «» — страница 120

Он вырос с футболом и в доме с двумя туалетами, но где-то по пути выбился из нормы. Всё, что сейчас он хочет, так это Прочь Отсюда. Ему плевать на Сент-Луис, на своих друзей, семью и так далее... он всего лишь хочет найти себе место , где мог бы дышать...

Потому что неважно, как много ты сделаешь для кого-то. Чем пожертвуешь и на что пойдешь. Он никогда не будет твоей собственностью и имеет полное право выбрать свободу, а не тебя.

— Я освобожу ваш мир...
— От чего?
— От свободы. Свобода есть величайшая ложь. Стоит вам это принять, и ваши сердца... познают мир.

Думаю, одинаково важны как самая верхняя, так и самая нижняя точка. А все точки посередине... . что ж, они посередине. Мне хочется быть свободным, чтобы пробовать все на свете — испытать все хотя-бы по разу.

Пока на земле существует рабство , я не свободен.

Нет , ребятки, не пойдёт. Ёжики — птицы вольные. В неволе быстро звереем.

This way or no way ,
You know, I'll be free
Just like that bluebird.
Now ain't that just like me?
Oh, I'll be free
Just like that bluebird.

Мне нравилось глядеть на облака , потому что они были свободные. Никто не мог им ничего приказать. И ничего не мог с ними сделать. Ни ментухайские генералы, ни начальник спецшколы, ни сам Регент. И я хоть капельку, хоть чуть-чуть и на малое время , но все же впитывал в себя частички этой их свободы. И старался не думать больше ни о чем. Только про облака…

Мы в свободе, но эти просторы давят как фобия
Утопия , бездомные души достойны Нобеля.

Нужно быть невообразимо жестоким, чтобы посадить на цепь волчицу, которой однажды удалось сбежать. Она сдохнет в твоей клетке, а перед этим пообкусывает пальцы детишкам, пришедшим поглазеть на зверюшку в зоопарке. Потому что злобы чернее и больше, чем злость на собственное бессилие , не сыскать.

И вечером никто не ждет.
И делать можно все, что хочется.
И как же это называется? Свобода или одиночество ?

Настоящий идеалист стремится к деньгам. Деньги — это свобода . А свобода — жизнь .

Чем больше привычек, тем меньше свободы.

Вставай, проклятьем заклеймённый,
Весь мир голодных и рабов!
Кипит наш разум возмущённый
И смертный бой вести готов.
Весь мир насилья мы разрушим
До основанья, а затем
Мы наш, мы новый мир построим -
Кто был ничем, тот станет всем.
Это есть наш последний
И решительный бой;
С Интернационалом
Воспрянет род людской!
Никто не даст нам избавленья:
Ни бог , ни царь и не герой.
Добьёмся мы освобожденья
Своею собственной рукой.

— Тиль, мы столько лет сражались! Целую жизнь ! Теперь мы победили и снова куда-то идём...
— Мы идём туда, где ещё нет свободы.
— Значит снова кровь и смерть ?
— Да, кровь и смерть .
— Ещё одна жизнь , а может быть две или три, десять или сто. До каких пор?
— Пока человек , рождённый женщиной, не будет свободен везде и всюду.
— Этот день не наступит никогда .
— Значит, мы будем скитаться вечно!

Я не знал, что свободу не уподобишь награде или знаку отличия, в честь которых пьют шампанское . Это и не лакомый подарок, вроде коробки дорогих конфет. О нет ! Совсем наоборот – это повинность, изнурительный бег сколько хватит сил, и притом в одиночку. Ни шампанского, ни друзей, которые поднимают бокал, с нежностью глядя на тебя. Ты один в мрачном зале, один на скамье подсудимых перед судьями, и один должен отвечать перед самим собой или перед судом людским. В конце всякой свободы нас ждет кара ; вот почему свобода – тяжелая ноша, особенно когда у человека лихорадка, или когда у него тяжело на душе, или когда он никого не любит.

Свободное перо не строит заговоров.

Кэрол Тэтчер заявила: « Политкорректность дошла до абсурда». Ее, мол, лишили свободы слова . Я ответил: «Послушайте, свобода слова здесь не при чем. Да и вообще, свобода слова не означает, что можно говорить что угодно, и тебе ничем не возразят. Как раз наоборот, свобода слова дает нам право сказать вам: «Мы считаем, что вы неправы». Политкорректность — это не наказание . Это всего лишь уважение и равное отношение к людям.

— Российский народ жаждет свободы.
— Да не свобода вам нужна, вам нужна власть .
— А какая же свобода без власти?

— Ты хочешь свободы, я понимаю, Айя. Но свобода – это когда «для», а не «от». Понимаешь? Когда ты бежишь на другую планету, только чтобы не видеться больше со Стефанией, это никакая не свобода . Это зависимость от того, где находится она . Прилетит Стефания на Марс – и ты побежишь еще дальше. Куда?
— Она не прилетит на Марс, побоится.