Цитаты на тему «» — страница 50

Властелин Черной Башни обладал оружием, действовавшим куда быстрее, чем голод . Это были страх и отчаяние .

Застенчивость , как показывает корень этого слова в нескольких языках, весьма родственна страху; однако она отличается от страха в обычном понимании этого слова. Без сомнения , застенчивый человек опасается, что на него обратят внимание , но о нем едва ли можно сказать, что он боится; он может вести себя геройски храбро в сражении и при этом не обладать самоуверенностью в мелочах и в присутствии других людей.

Я совершенно не помню ваших лиц, клянусь! Да и вообще, что вы сделали? Ограбили? А кто не грабит в наше время ! Пожалуйста, высадите меня на обочину, мне нужно в Бадахос. Я никому ничего не скажу.

После бессонной ночи репортёрам требовались пончики и чашка кофе . Нам нужно было что-то посильнее.

Не бояться — это глупость . Не бояться за судьбу близких — это глупость вдвойне.

Формула человеческого страха-несостоятельность, потому жизнь многих людей невыносимая.

И если вдруг прошлое стреляет в нас, это тоже — от страха, с которым мы никогда не сумели совладать...

Было очень страшно сходить с ума и знать, что сходишь с ума... знать, что через какую-то минуту твое тело будет по-прежнему живым, но ты сам, настоящий ты, исчезнешь навсегда, погрузишься в черную пучину безумия. Ибо это был Мрак ... Мрак , Холод и Смерть . Светлые стены Вселенной рухнули, и их страшные черные обломки падали, чтобы раздавить и уничтожить его.

Её буквально распирало от желания рассказать об этом во всех подробностях, чтобы, напугав других, самой избавиться от страха. Хотелось описать свою храбрость и тем убедить самое себя, что она и в самом деле была храброй.

Любовь изгоняет страх . Страх, в свою очередь, изгоняет любовь. И не только её.

В нас высокие стремленья
Лелеют часто гордые желанья
И раскрывают двери исполненья, -
Но сразу мы в испуге отступаем.

Я стала бояться… Не критики, нет , — глухоты:
Когда говоришь об одном, а услышат другое,
И ты в оправданиях маешься до хрипоты,
А твой оппонент так упорно в проекциях тонет.

Его страх уже улетучился. Так ускользает кошмар от человека , только что проснувшегося в холодном поту и тяжело дышащего; он ощущает свое тело и осматривается, чтобы удостовериться, что ничего страшного не происходит, и вскоре полностью абстрагируется от сна. Кошмар понемногу оставляет его в тот момент, когда ноги его коснутся пола, рассеивается, когда он примет душ и разотрется полотенцем, а к концу завтрака и вовсе улетучивается... до следующего раза, когда, снова охваченный кошмаром, он вспоминает все.

Иногда нам страх добавляет оптимизма, чтобы бежать туда-куда глаза глядят...

Чувство страха никуда не уходит — передаётся из поколения в поколение. Думаю, мы впитываем его с молоком наших матерей. Я поражаюсь, что и современное поколение несёт в себе это чувство. Это генетика. На вопрос Гамлета «Быть или не быть?» ты сразу же должен ответить: «Быть!» Но страх сидит внутри, и не всегда приходит искренний ответ.

Самый благородный из известных людям видов страха — страх за судьбу другого.

Все мы не герои , если честно. Мне кажется, настоящим героем может быть лишь дебил. Но всегда есть два пути — убегать или идти навстречу своему страху.

Наше беспокойство не похищает у завтрашнего дня его скорбей, но лишь похищает у сегодняшнего дня его силы .

Признать свой страх — это смело.

Ей хотелось видеть людей, на несколько часов отдохнуть от себя, прервать самоубийственное одиночество страха.