Цитаты на тему «» — страница 118

Соблазнительно просто строить предположения о мёртвых — зимней ночью у очага или под монотонное жужжание пчёл, среди аромата летних трав в саду замка, — воображая их живыми и как они могли бы всё изменить.

И когда моё количество лет
выпляшет до конца —
миллионом кровинок устелется след
к дому моего отца.

К сожалению, в 11-ом отряде только смерть является проигрышем.

... я не трус — но смерть наполняет меня ужасом. Если бы я знал, что она неизбежна, я смотрел бы ей в лицо спокойно. Но я считаю её вечной тьмой, забвением, уничтожением. Что-то во мне отшатывается от этого, сжимается в ужасе, в отвращении. Киркхем, я люблю жизнь .

Говорят, что у скорби пять стадий. Сначала идёт отрицание , потом приходит злость , уговоры , и наступает депрессия . Для большинства последняя стадия скорби — смирение , но для меня скорбь — это пожизненное заключение. Я никогда не смирюсь и никогда не прощу, даже когда убийца моего отца будет лежать у моих ног.

Тело лежит, а ты летаешь над головами,
Маме слезы вытираешь незаметными руками...

Это голоса наших умерших друзей или всего лишь граммофон?

Тусклая жизнь нормального, среднего человека хуже, чем смерть .

— Это дерьмово... Умереть от твоей руки .
— Мне тоже.

Жизнь -
безумный всадник. Смерть — обрыв нежданный,
немыслимый.

Страх смерти — замок человеческой тюрьмы.

— Пустота . Небытие . Кромешный мрак .
— Ты о чем?
— Просто строю планы на будущее .

Жизнь с забвением смерти и жизнь с сознанием ежечасного приближения к смерти — два совершенно различные состояния. Одно близко к животному, другое — к божественному.

Издалека город выглядел сплошным лесом фабричных труб и соборных шпилей, а вблизи оказался сложенным из кирпича и закопченных камней...

— Как я умру? Это будет неожиданно... Не хочу портить эффект.

У каждого свой
храм.
И каждому свой
гроб .
Юродствуй,
воруй,
молись!
Будь одинок,
как перст!..
... Словно быкам —
хлыст,
вечен богам
крест .

И вот, наступил момент безмерной скорби по нашему обожаемому принцу, что покинул нас столь внезапно в канун своего восемнадцатилетия... Память о нем будет жить вечно в наших сердцах... Ну, сыграл в ящик — и ладно! Траур окончен.

Смерть Доктора меня не пугает, моя тоже. Мне предстоит намного более ужасный день .

— Спасибо , Паша! С меня коньяк!
— Ты, Женька, это... лучше хотя бы одного пилота живым возьми. Если, конечно, тебе они встретятся. Ну, случайно, понимаешь?
— Э-э-э... Паша, понимаешь какое дело... их звери дикие слопали. Обоих.
— Звери, говоришь. Ладно, тогда — коньяк.

Живя в сердцах тех, кто остался, мы смерти избегаем.