Цитаты на тему «» — страница 111

Мне хочется жениться, покончить с собой или подписаться на «Иллюстрасьон». Словом, выкинуть что-нибудь этакое.

... страх и самовнушение убивают впечатлительного человека вернее ножа.

Сон — это каждодневное умирание, маленькое упражнение в смерти.

Если бы жизнь сама по себе была ценное благо и если бы ее решительно следовало предпочитать небытию, то не было бы нужды охранять ее выходные двери такими ужасными привратниками, как смерть и ее ужасы. Кто захотел бы оставаться в жизни , какова она есть, если бы смерть была не так страшна? И кто мог бы перенести самую мысль о смерти, если бы жизнь была радостью? Теперь же смерть имеет еще ту хорошую сторону, что она — конец жизни , и в страданиях жизни мы утешаем себя смертью и в смерти утешаем себя страданиями жизни . Истина же в том, что и смерть , и жизнь с ее страданиями представляют одно неразрывное целое — один лабиринт заблуждений, выйти из которого так же трудно, как и желательно.

— Почему ты меня просто не убил?
— Ты не боишься смерти, ты её жаждешь. Твоё наказание должно быть более жестоким.
— Станешь пытать?
— Да. Но не твоё тело , а твою душу.

Не дайте им умереть, хорошо ? Отправьте их туда. К звёздам.

Жизнь коротка, даже если доживешь до девяноста. Живи на полную катушку — вот как я считаю. Цени каждый миг, каждый час, каждый день , потому что не успеешь и глазом моргнуть, как все кончится. Я абсолютно уверен, что для большинства людей их смерть становится неожиданностью.

... Просто, когда любишь человека , всегда боишься, что он умрет.

Его жилище стало омерзительным. А для бедняка, которому не в радость собственный угол, всегда готов другой дом — доступный, богатый, ярко освещенный, приветливый: это кафе. На окраине эти заведения выглядят особенно оживленными. В них царит та стадная теплота, которая кажется последним спасением от ужасов одиночества, от его темных порывов.

Для того чтобы значительное произведение тотчас же оказывало свое воздействие вглубь и вширь, должно существовать тайное сродство, более того, сходство между личной судьбой автора и судьбой его поколения .

На 9000 пенсии можно купить несколько метров веревки, кусок мыла, бутылку водки и хорошей закуски для того — чтобы сытым, «достойно» и недорого уйти в мир иной.

Непоправима только смерть , а все остальное можно исправить!

— Простите, я сейчас занят.
— Ты труп! Какие у тебя дела ?
— Смотреть в окно и дрочить в слезах. Рутина такая.

Мы убивали себя в попытке выжить.

Господь словам моим свидетель:
Все в мире суета и ложь.
Лишь скорбь найдешь на этом свете,
А в гроб лишь саван унесешь.
В твоих усильях мало толку,
Цена твоим стараньям — грош,
И это все ты незадолго
Перед концом своим поймешь.
Всегда ликующий беспечно
Юнец на дерево похож,
Но расцветание не вечно,
Но листья пожелтеют сплошь.
Придет зима , и станет хуже.
Нагой, ты задрожишь от стужи.
Весна позор твой обнаружит,
Великий стыд перенесешь!
Я — тоже пленник заблужденья,
И мне иного обвиненья
Не предъявляйте в осужденье,
Мне в сердце не вонзайте нож .
Мой взор померк, и нет спасенья,
Нет мне, больному, излеченья.
Я слышу смерти приближенье,
Она меня ввергает в дрожь.

В смерть каждому приходится уходить одному, в этом трагедия боязни смерти…

Бытует мнение , что самым гнусным преступлением на свете является убийство детей. Убийство стариков вызывает презрительное возмущение, но уже не будит инфернального ужаса. Убийство женщин также воспринимается крайне неодобрительно – как мужчинами (за что женщин убивать-то?) так и женщинами (все мужики – сволочи!)
А вот убийство человека мужского пола, с детством распрощавшегося, но в старческую дряхлость не впавшего, воспринимается вполне обыденно.
Не верите?
Ну так попробуйте на вкус фразы: «Он достал парабеллум и выстрелил в ребенка», «Он достал парабеллум и выстрелил в старика», «Он достал парабеллум и выстрелил в женщину» и «Он достал парабеллум и выстрелил в мужчину». Чувствуете, как спадает градус омерзительности? Первый тип явно был комендантом концлагеря и садистом. Второй – эсэсовцем из зондеркоманды, сжигающим каждое утро по деревеньке. Третий – офицером вермахта, поймавшим партизанку с канистрой керосина и коробкой спичек возле склада боеприпасов.
А четвертый, хоть и стрелял из парабеллума, легко может оказаться нашим разведчиком, прикончившим кого-то из трех негодяев.

Клоун-самоубийца 3 дня веселил работников морга.

Пусть я и говаривал, случалось, что надеюсь умереть в собственной постели, однако в душе желал, чтобы в глубокой старости на меня наступил слон, когда я буду заниматься любовью.

И увидел Сергей Смерть , огромным ящером нависшую и над князем, и над его боярами.
<...>
— К чему тебе деньги , княже? — произнес Духарев незнакомым глухим голосом. — Разве мёртвому нужны деньги ?