Цитаты на тему «» — страница 23

Ай, блин... Ой, мама дорогая. Вот когда Маша, я тебя увидел, прямо слюни вот такие до пупища, думаю, такая вот Маша красивая. Я не думал, Маша, что ты такая дура. Маша, ты меня не зли, не зли меня, Маша. Ты что думаешь, если я на тебя залазю, я что обезьяна, что ли? По деревьям буду лазить, не зли меня Маша.

Вниманья молодых людей
Не привлекаю я,
А с ней танцуют те, кто ей
Годятся в сыновья.
Берём мы рикшу — так за ним
Тут каждый сбегать рад:
Ведь мне всего семнадцать лет,
А ей — под пятьдесят.
(Изящных юношей толпа
Вокруг Нее теснится;
Глядят влюбленно, хоть Она
Им в бабушки годится.
К ее коляске — не к моей -
Пристроиться спешат;
Все почему? Семнадцать мне,
А Ей под пятьдесят.)
The young men come, the young men go
Each pink and white and neat,
She’s older than their mothers, but
They grovel at Her feet.
They walk beside Her ‘rickshaw wheels —
None ever walk by mine;
And that’s because I’m seventeen
And She is foty-nine.

— Всё настроено, босс.
— [указывая на Капитана Америка] На самом деле, он босс. Я только плачу за всё… И придумываю всё… И делаю так, чтобы все смотрелись круто.

Афинская демократия приговорила Сократа к тому, что он должен отравиться, потому что он клеветал на афинскую демократию. Это была афинская вполне суверенная демократия .

Ты мог бы уже догадаться, что пулей этого монстра не убить, Джим. Один мой зонт уже застрял в твоем горле. Так что этот я лучше затолкаю кому-нибудь другому. Джим, крохотный совет на будущее , всегда думай какое орудие лучше для работы. Отправляйся в ад, Тео.

— Эй, разуй глаза !
— Прошу прощения?! Ты атаковала вне очереди. Я ведь могла запросто убить тебя!
— Даже так у тебя едва ли это получилось бы...

— Убедительно прошу держать свой отряд под контролем. Ты меня слышала?
— Агрх...
— И ничего в ответ? Хм, полагаю, за это я должен поблагодарить ту девчонку [Руби].
— Будь я на твоём месте, то выследил бы её и... ну... она же лишила тебя глаза , так ведь? Ха-ха-ха!!!

Это же любовница, давайте уточним: имеешь любовницу — на здоровье ! Сейчас все имеют любовниц. Но нельзя же допускать, чтоб на ней жениться, это аморально!

Только не это лицо , полное грусти разлетевшихся птенчиков.

Я от себя вину не отвожу, мне мой борщ чужая тетя с улицы не пересолила! Но только где я ошибся, на чем — ей-богу, пока не знаю, хоть из пушки в меня стреляйте, извиняюсь!

— С чего это она на меня зла? — удивился я — Вроде я ей не свинячил.
— Ты меня разочаровываешь — даже привстал Валяев — Ты же её тогда поужинал, но не покрыл, а красивые и властные женщины такое не забывают. По факту ты её оскорбил. Может, у тебя бы и не выгорело ничего, но при этом она должна была тебе отказать, тогда формальности были бы соблюдены. Мало того — ты ей даже ни разу не позвонил и не зашел, просто так, без повода, чтобы сказать какую-нибудь милую глупость , вроде «Как ты прекрасна сегодня», то есть не дал понять, что ты все-таки у её ног. Естественно, её это злит. Она под твою голову уже место на стене приготовила, табличку с двумя датами — знакомства и завоевания, а ты от неё бегаешь. Так что ты хотел? Смотри, месть — вообще штука неприятная, а месть разозленной женщины — это кошмар что такое.

Я уже слишком долго не видел Фабиану. Но её отрезанные пальцы мне тоже пока не попадались, значит, всё было ещё не совсем плохо .

— Как спалось?
— Я никогда толком не сплю, только вполглаза.
— Да? Никогда не слышала, чтоб спящий вполглаза так храпел.

Да, складно звонишь...

Изумительно. Как говорится, кто вчера умер — сегодня жалеет.

— Хорошо выглядишь. Жизнь в Гестапо пошла тебе на пользу!

— Ахмет уходит в город . Ахмет — смелый разбойник. Кто-то не уйдёт от Ахмета. А если кто — то уйдёт от Ахмета, тогда не быть Ахмету моим помощником. Тогда Ахмет будет съеден на обед , дикими волками. Ступай, Ахмет! Мы ждём тебя с новостями. Ты знаешь, в честь твоего похода,... Мы даже не будем есть, до твоего прихода.
— Ой... [разбойники банды]
— Ахмета лошадь запре-гай! Весёлой песней прова-жай!

Я знаю, о чём ты думаешь. Шесть было выстрелов или только пять? Честно говоря, в этой суматохе я и сам потерял им счёт. Это Магнум сорок четвертого калибра, самый мощный в мире ручной пистолет . Он может напрочь снести тебе башку. Так что, ты должен задать себе всего один вопрос: «Повезёт ли мне?». Ну как, урод?

— Поверь, единственное, чего я хочу — это мир.
— Весь? — выскочило у Берена.

Недавно, проезжая через Берлин, я заехал в зоологический сад и посетил заключенного там чимпандзе. При случае советую и вам, читатель, последовать моему примеру. Вы увидите бедное дрожащее существо, до того угнетенное тоской по родине, что даже предлагаемое в изобилии молоко не утешает его. Скорчившись, сидит злосчастный пленник под теплым одеялом на соломенном одре и, закрывши глаза , дремлет предсмертного дремотой. Какие сны снятся старику — этого, конечно, нельзя угадать, но, судя по тоскливым вздохам, ясно, что перед умственным его взором мелькает нечто необыкновенно заманчивое и дорогое. Быть может, там, в родных лесах, он был исправником, а может быть, даже министром. В первом случае он предупреждал и пресекал; во втором — принимал в назначенные часы доклады о предупреждении и пресечении Без сомнения , это были доклады не особенно мудрые, но ведь для чимпандзе, по части мудрости, не особенно много и требуется. И вот, теперь он умирает, не понимая, зачем понадобилось оторвать его от дорогих сердцу интересов родины и посадить за решеткой в берлинском зоологическом саду. Умирает в горьком сознании, что ему не позволили даже подать прошения об отставке (просто поймали, посадили в клетку и увезли), и вследствие этого там, на родине, за ним числится тридцать тысяч неисполненных начальственных предписаний и девяносто тысяч (по числу населяющих его округ чимпандзе) непроизведенных обысков!