Цитаты на тему «» — страница 80

На прошлом заседании трибунал постановил, что не только земля , но и воздух в деревне является собственностью графинь Вишен, и поэтому все, кто дышит, должны платить деньги за аренду воздуха. Раз в месяц кавалер Помидор обходил деревенские дома и заставлял крестьян глубоко дышать в их присутствии. По очереди он измерял у них объём груди после вдоха и выдоха, затем производил подсчет и устанавливал, какая сумма причитается с каждого потребителя воздуха.

... человек не может жить без тайны. Она для него как второй воздух . Когда уже «всё ясно», жизнь заканчивается. Спасает разве что влюблённость. Но любая влюблённость держится на тайне, питается и дышит ею.

В отличие от многих женщин, она могла, когда нужно, подчинять доводам рассудка свои действия.

Америка сильна демагогами и рок-н-роллом, и мы уже наслушались и того, и другого.

Нынешние английские фермеры зарабатывают на жизнь поддержанием «истинно английского ландшафта». Им платят за это туристические фирмы.

Скорбь скорбью, а факты фактами. Посмотри правде в лицо , признай её. Этим ты нисколько не оскорбишь память погибших. Только так можно выжить.

Главное вовремя понять, что всех камней с дороги не уберёшь. Видимо, счастье не в том, чтобы избавиться от одного препятствия и сразу обрести другое, но чтобы быть счастливым, вопреки всему. Наши беды не снаружи – они внутри нас. Никто не способен устроить у нас в душе такой мрак , какой мы сами себе устраиваем и причём совершенно бесплатно.

Сочетание одобрения и противодействия — вот главный двигатель научного поиска. Одобрение — желанная награда , противодействие — вызов , не позволяющий успокоиться... Противодействие, возражения, а иногда и поражения необходимы, чтобы идти к научной истине, расширять пределы человеческого знания.

Мягкость и добросердечие, тысячи отблесков света, озарявших её лицо и не оставлявших на нем тени, а главное, улыбка , прелестная, радостная улыбка, были созданы для семьи, для мира и счастья у домашнего очага.

В борьбе с человеческой личностью общество пускает в ход три оружия: закон , общественное мнение и совесть ; закон и общественное мнение можно перехитрить, но совесть — предатель в собственном стане. Она сражается в человеческой душе на стороне общества и заставляет личность приносить себя в жертву на алтарь противника.

Или чувство унизительного отчаяния, когда детское маленькое воровство (шарик из мозаики, или кусочек резинки, или огрызок карандаша) — корь, которой каждый должен однажды переболеть, — воспринимается как позорное преступление , совершенное лишь только тобой одним... К несчастью, если подобное заблуждение длится дольше определенного периода, появятся симптомы отравления, и такие люди могут превратиться <...> в обыкновенных воров. И сколько бы они ни старались избежать поджидающей их ловушки , стремясь как можно глубже осознать, что совершают преступление , — это не даст никаких результатов. Гораздо более эффективная мера — вырваться из одиночества, узнав, что кто-то совершил точно такое же преступление , что у тебя есть сообщник.

Но если такого наблюдателя не оказалось в галереях Лувра, зато он был на улице, где грозно раздавался его ропот и гневом искрились его глаза: то был народ , с его инстинктом, предельно обострённым ненавистью; он издалека глядел на силуэты непримиримых врагов своих и толковал их чувства также простодушно, как это делает проожий, глазея в запертые окна зала, где танцуют. Музыка увлекает и ведёт танцоров, а прохожий видит одни движения и, не слыша музыки, потешается над тем, как эти марионетки скачут и суетятся без видимой причины .

Когда человека бросают одного и при этом называют самым любимым, делается тошно.

Жизнь напоминала дешевое порно. Тот же поток мутных филиологических жидкостей. То же полное отсутствие внятного сюжета.

Все люди , живущие в городе, живут по неверному времени и заставляют жить по нему даже того, у кого время правильное.

... Так чей-то шёпот становится стоном, случайный прохожий — предателем, принц превращается в злого дракона... Идея убивает создателя.

Всё это врезалось в память Фомы, возбуждая в нём недоумение пред людьми, которые умея твёрдо верить в милость Богу, были так жестки к человеку.

Обычно так и бывает: упустишь какой-нибудь пустяк, какую-нибудь совершеннейшую мелочь, и все рухнет.

Страсти либо убивают, либо умирают сами. Мелкие горести и неглубокая любовь живучи. Великая любовь и великое горе гибнут от избытка своей силы .

Мужчины могут сколько угодно укорят женщин за склонность к сплетням, но сами они не менее ретиво будут распускать слухи, особенно если дело пахнет скандалом.