Цитаты на тему «» — страница 249

Солнце землю оживляет,
Воспламеняет все сердца!
Любовью, светом наполняет,
Создание нашего творца!
Средь тех лучей, в саду прекрасном,
Две розы начали цвести,
И цвет их был для всех ужасным,
Но почему? Ответить не смогли.
Казалось им, что это глупо,
Две розы синие растут,
Как будто два позорных трупа,
«Так не бывает! Пусть умрут!»
Средь алых, белых роз сияли,
Любили сильно, без конца,
Две розы в солнечной вуали,
Создания нашего творца!

Чужая душа потемки, и русская душа потемки, для многих потемки.

Эти сны были вроде кошмаров с большой высоты, наследие каких-то других времен. Всплывая фрагментами в сознании спящих людей, они намекали: мы рождены не для того, чтобы жить как сейчас.

Мы любим себе представлять несчастие чем-то сосредоточенным, фактом свершившимся, тогда как несчастие никогда не бывает событие, а несчастие есть жизнь , длинная жизнь , несчастная, то есть такая жизнь , в которой осталась обстановка счастья, а счастие и смысл жизни — потеряны.

Она была девушка, она была влюблена.

Суть не в том, что рай ли с адом,
Черт ли, дьявол – все равно:
Пушки к бою едут задом, –
Это сказано давно…

«Межвременной выбор» – это термин, которым экономисты обозначают решения, принимаемые нами в настоящем, но очень значимые для будущего.

Никто не может выбирать своих детей и гнуть их, куда ему хочется. Даже если им от этого не больно. Даже если он прав – это некрасиво.

В конечном счете победить должен был тот, кто тем или иным способом сумеет больше выжать из рабочей силы . Это была истина .

Современнику обычно трудно бывает оценить все значение происходящих на его глазах событий и сразу определить их смысл в истории .

Человек добивается результатов в любом деле только в том случае, если ничего не боится и идёт вперёд .

Главная причина самоубийств — это страх смерти.

Борис Пастернак слушал, как я читаю «Беззащитное существо», и хохотал по-жеребячьи.
Анна Андреевна говорила: «Фаина, вам 11 лет и никогда не будет 12. А ему всего 4 годика».

Человек — создание прочное и ничто — ничто на свете: ни войны, ни горе , ни безнадежность , ни отчаянье — не может продержаться столько, сколько может продержаться человек ; и человек всегда будет выше своей боли, стоит ему лишь сделать усилие, сделать над собой усилие и поверить в человека , его надежду и не искать какую-нибудь опору, а стоять на своих собственных ногах, поверить в свои собственные силы и выдержку.

Там, где для мужчины смысловая пропасть , женщина всегда переправится на резинке для чулок.

На голове мужчина носил белую лобную ленту с плывущими облаками. Кожа его была светлая, лицо благородное и утонченное, будто выточенное из лощеного нефрита; глаза лучились светом, словно созданные из цветного стекла, поэтому взгляд его казался отстраненным от всех сует. Мужчина этот был соткан из снега и льда, выражение его лица всегда оставалось холодным и бесстрастным, не изменившись ни на йоту даже при виде нелепого вида Вэй У Сяня.
Ни единой пылинки, ни даже слегка смятого местечка ни нашлось в его облике. С головы до пят он был безукоризнен. И все же, в голове Вэй У Сяня красным светом вспыхнули два слова .
Траурные одежды!
Траурные одежды, что же еще. Все заклинатели наперебой расхвалили одеяния Ордена Гу Су Лань, как одни из самых изысканных, а самого Лань Ван Цзи, как одного из самых невыразимо прекрасных людей, кои рождаются раз в сто лет. Но ничто не могло стереть с его лица печальное выражение, будто бы его любовь давно умерла.

... Финансовые калифы убеждены, что на земле не существует горя, которое не могли бы исцелить деньги , и они исключительно на них!

Для потребителя принуждение к счастью и удовольствию является эквивалентом традиционного принуждения к труду и производству. Все более и более он проводит жизнь в обновлении собственных потребностей и благосостояния. Если он об этом забудет, ему обязательно напомнят, что он не имеет права не быть счастливым. Иначе он рискует удовлетвориться тем, что имеет и стать асоциальным.

Замужество налагает известные обязательства , независимо от того, радует оно вас или нет .

Гамен — существо, которое забавляется, потому что оно несчастно.