Цитаты на тему «» — страница 16

Внешний ее облик стоял у него перед глазами, внутренний же, во всей пленительности запечатлелся у него в душе.
Он жил под обонянием этого образа...
Эта некая странная одержимость — смутная, сокровенная, волнующая, восхитительная в своей таинственности.

И его душа выпорхнула наружу перевести дух .

Бывают дни, когда мы вдруг начинаем совершать странные, почти бессознательные поступки . Что-то ведёт нас куда-то или, напротив, откуда-то уводит. Мы пьём кофе , сидим на работе, передаем деньги в маршрутке, спим, смотрим телевизор – и всё это время неведомая сила перебрасывает нас из одного неизвестного нам пункта в другой пункт, известный, но не нам. И что это за сила – добро или зло , не знает никто, ибо она в равной степени может оказаться как тем, так и другим. Возможно, сила эта зовётся иначе – судьба.

Насколько же легче женщине состояться, чем мужчине! Правильный расчет , и только.

Левин был женат третий месяц. Он был счастлив, но совсем не так, как ожидал. На каждом шагу он находил разочарование в прежних мечтах и новое неожиданное очарование . Левин был счастлив, но, вступив в семейную жизнь , он на каждом шагу видел, что это было совсем не то, что он воображал. На каждом шагу он испытывал то, что испытывал бы человек , любовавшийся плавным, счастливым ходом лодочки по озеру, после того как он бы сам сел в эту лодочку. Он видел, что мало того, чтобы сидеть ровно, не качаясь, — надо еще соображаться, ни на минуту не забывая, куда плыть, что под ногами вода и надо грести, и что непривычным рукам больно, что только смотреть на это легко, а что делать это хотя и очень радостно, но очень трудно.

Если любишь, то уже несвободен. Однако совсем не одно и то же — любить кого-то, кто считает, что имеет на вас права , или того, кто не чувствует за собой никаких прав.

Кто дерзнет назвать что-то мертвым лишь оттого, что оно пребывает в покое? Кто дерзнет сказать, что лишь движение есть жизнь ? Разве оно не промежуточно и не преходяще? Ведь им выражают умеренные чувства , разве не так? Самое глубокое ощущение безмолвно, и самое высокое чувство вырастает в долгую судорогу, и восторг венчается оцепенением, и самое мощное движение есть… покой , разве не так? И быть может, самая живая жизнь — это смерть ?

Мусор ... слово, которое может обозначать много разных вещей.

Сердце колотилось о рёбра, как обезумевшая птица. Наверное, оно знало, что времени осталось мало, и хотело наверстать удары за целую жизнь .

А этот дурак необыкновенный. Сидит себе дома, книжку читает, либо к папке с мамкой ласкается — вдруг, ни с того ни сего, в нем сердце загорится. Бежит, земля дрожит. К которому делу с подходцем бы подойти, а он на него прямиком лезет; которое слово совсем бы позабыть надо, а он его-то и ляпнет.

Судьба никогда не может быть сильнее мужества, которое противостоит ей. А если станет совсем невмоготу — можно покончить с собой. Хорошо осознавать это, но еще лучше сознавать, что, покуда ты жив, ничто не потеряно окончательно.

Простые слова — но как они страшны! От них никуда не уйдешь. Как они ясны, неотразимо сильны и жестоки! И вместе с тем — какое в них таится коварное очарование .

Она отдавала должное его красивой внешности, его великодушию и даже, как ни странно, во время его отсутствия забывала о его эгоизме.

Эти месяцы были для меня школой терпения: теперь бы я мог написать целую теорию терпения в нескольких томах. Суть ее была бы в том, что после каждого провала надо себя проэкзаменовать и спросить: а ты, может быть, неправ? Если неправ, сходи с трибуны и замолчи. Если же прав, то не верь глазам: провал не провал ; « нет » не ответ, пережди час и начинай сначала.

Быть может, дав полное выражение страсти , я исчерпал и самою страсть ? Ведь духовные силы , как и силы физические, не беспредельны. Быть может, пытаясь убедить другого, каким-то образом жертвуешь собственной способностью верить? Быть может, наконец, я просто устал от всего этого, и, когда угас душевный порыв, в свои права вступил бесстрастный рассудок ?

Удивителен не масштаб наших неверных прогнозов, а том, что мы о нём не подозреваем. Это особенно беспокоит, когда мы ввязываемся в смертельные конфликты: войны непредсказуемы по самой своей природе (а мы этого не знаем).

Нам было страшно не оттого, что мы могли погибнуть. Так бывает жутко загнанному зверьку, которого настигло неведомое механическое чудовище, не выпуская из коридора света! Мы как маленькие зверята, шкурой чувствовали, что загнаны в эту ночь , в эту кукурузу, в эти взрывы и пожары...

Надежда есть всегда, так уж устроил этот безалаберный мир тот, кто гораздо поумнее нас.

Для нас нет более жуткого и болезненного ощущения , чем ощущение своих ограничений в восприятии любви и красоты. Никакие внешние усилия не будут успешными, пока остаются ущербными наши внутренние возможности и ресурсы. Такова рана Короля-Рыбака.

... мудрее жизни ничего не придумаешь.