Цитаты на тему «» — страница 204

Почему он так страшно опоздал, – подумала она , – так поздно появился в моей жизни ? Опоздал всего на одно «да».

... уныние , скорбь и боль способны убивать точно так же, как вирусы .

Одиночество — это состояние , о котором некому рассказать.

Психологический тест... Вера в судьбу... Все эти вещи ... Это для тех, кто не защищен и напуган. Для тех, кто не принимает свое одиночество . Кто окружает себя оправданиями своего одиночества.

Ужасно осознавать, что ты совершенно один в мире. Неожиданное, ужасное одиночество .

Чем больше ты познаёшь самого себя, тем меньше у тебя друзей.

Как грустно и очень обычно всё вышло:
Ушла от меня и в ночь теперь слезно кричу.
Мне просто обидно — шаги одиночества слышу.
И страшно подумать и вряд ли я жизнь доживу...

Я люблю тебя. Очень. А еще больше я радуюсь, что могу тебя любить .

Его раздосадовало вторжение: ведь уединение он ценил превыше всего — единственное и последнее, что осталось у него от свободы.

На свете есть два типа людей: те, у кого есть друзья , и те, кто одинок как бедный Туко.

Добро пожаловать в чистейшую математику, страну одиночества.

Стоя на дороге, Мерсо переживал странное чувство — смесь облегчения и грусти. Лишь сегодня его одиночество стало вполне реальным, ибо он, наконец, понял, что ему никуда от него не уйти. И это смирение перед одиночеством, сознание того, что теперь он стал полным хозяином грядущих дней, наполняли его душу меланхолией, не отделимой от подлинного величия.

Есть одиночество , которое можно убаюкать. Руки скрещены на груди, колени приподняты, и покачиваешься — движение это, в отличие от качки корабля, смягчает душу и убаюкивает. Оно исходит откуда-то изнутри и обволакивает тебя плотно, как кожа . Есть ещё такое одиночество , которое словно накатывает извне. Его не убаюкаешь. Оно живое и существует независимо, само по себе. Оно иссушает и разрастается, захватывая всё вокруг, так что даже звук собственных шагов будто доносится до тебя со стороны.

Игра « футбол », о которой Фандорин столько слышал от знакомых британцев, оказалась ужасной дрянью. <...> На самом деле беглого московского чиновника расстроило не состязание, а чувство абсолютного, глухого одиночества, охватившее его среди этого многолюдного скопища.

Когда живешь один, вообще забываешь, что значит рассказывать: правдоподобные истории исчезают вместе с друзьями. События тоже текут мимо: откуда ни возьмись появляются люди , что-то говорят, потом уходят, и ты барахтаешься в историях без начала и конца — свидетель из тебя был бы никудышный. Зато все неправдоподобное, все то, во что не поверят ни в одном кафе, — этого хоть пруд пруди.

— Отличная снежинка, кстати говоря.
— Моя работа и, правда , так примитивна?
— Я серьезно. В ней что-то... про одиночество ...
— Приму это как комплимент.

Я повторяю десять раз и снова:
Никто не знает как же мне ***во...
И телевизор с потолка свисает,
И как ***во мне — никто не знает.
Всё это до того подзаебало,
Что хочется опять начать сначала.
Куплет печальный, он такой, что снова
Я повторяю «как же мне ***во».

Ты смеешься так звонко над тем, что остался один.
Дождь хлестал по щекам, бил ветер стёкла витрин,
А я слышал, как внутри тебя бился хрусталь.

Как только научишься получать удовольствие от одиночества, так тут же найдутся те, кто захочет это удовольствие разделить.

Я знаю, что в Париже я умру.
В знакомый мне осенний день дождливый,
в четверг, как и сегодня, поутру
меня найдут спокойным, молчаливым.
Стихи , друзья мои… Гляжу в камин,
локтями оперевшись на колени.
Всю жизнь дороги, и всегда один,
как и сегодня в этот день осенний.
Сесар Вальехо умер. Никому
он зла не делал. Но его жестоко
все били, все… Свидетели тому
четверг и дождь , и путь мой одинокий.
Вальехо умер. Мир его отверг.
Всё будет так же: дождь… один… четверг…