Цитаты на тему «» — страница 16

Сегодня люди думают так: моей дочери исполняется 15 лет, давайте подарим ей грудной имплант. Это же ужасно, какая непристойность! Это же потребительские идолы , навязываемым Западом. Среди них выделяется кукла Barbie — именно с неё начинается путь юных гражданок под нож пластического хирурга!

Человек меняется не из-за общества, а из-за обстоятельств.

Перспективу птичьего полета заменили перспективой лягушки.

Мы живём в «обанкротившемся» обществе.

Поведение «общества потребления» — отказ от действительности на основе жадного и умножающегося изучения её знаков.

Тех, кто искренне болеет за общество , общество искренне считает душевнобольными.

В любом обществе есть некая часть, постоянно чем-то озабоченная и жаждущая выразить недовольство . При малейшей возможности именно они прыгают на Майданах, орут, как они ненавидят всё русское и Россию.
Когда на нас напали немцы и стояли под Москвой, было огромное количество граждан, которые считали, что Москву и Ленинград надо сдать, что воевать вообще не надо, что к нам пришли цивилизованные европейцы, с которыми всё будет гораздо лучше, чем с проклятым Сталиным.
Они были тогда, они есть и сейчас. Советская власть обычно таким простреливала голову, ибо подобные заявления считала недопустимыми. С этим сложно спорить. А надо ли слушать этих граждан сегодня? Слушать этих граждан не нужно никогда . Но вот орать и прыгать они будут постоянно.

— Бунтари... Изменники... — искривляет полуухмылку Кроу. — Они вредят так же, как червь вредит плоду, проникая в него и точа его изнутри. Плод болеет и гниет. Больные люди не несут пользу обществу, поэтому мы их отделяем. И не существенно, какая это болезнь .

Общественное здание прошлого держалось на трех опорах: священник, король, палач. Давно уже прозвучал голос: «Боги уходят!». Недавно другой голос провозгласил: «Короли уходят!». Пора, чтобы третий голос произнес: «Палач уходит!».

Если труд человеческого существа не приводит к благу общества, жизнь этого человека тщетна.

Смысл бытия – это самоосвобождение посредством знаний, которое приведет к открытому плюралистическому обществу.

Кто сказал, что в этом мире всем положено шагать строем, плечо к плечу? Должны быть и такие люди — пусть их немного — кто глубоко задумывается о вещах, напрямую не связанных с общественной пользой.

Общества всегда были олицетворением властного, так называемого нравственного начала, то есть призраками, к которым отдельный человек питал подобающий страх . Такие призраки обозначаются лучше всего наименованием «народа» или «народца»: народ праотцов, народ эллинов и т. д., наконец, народ людей вообще, или человечество ; затем – разновидности этого «народа», который мог и должен был иметь свои особые общества – испанский, французский народ и т. д., а внутри них – сословия, города, словом, всякого рода корпорации и, наконец, в виде самого внешнего, самого последнего отпрыска, или маленького народца, – семья .

В нашем мире, чтобы тебя любили, нужно иметь — красивую внешность , одежду, деньги , влиятельных друзей. А душа так. Общественный туалет .

Цивилизованность общества определяется тем, как оно заботится о своих беспомощных членах.

Чем более общим является избирательное право , тем меньшую власть имеет электорат.

Каждый человек постоянно получает хорошие или плохие оценки от общества, в котором живет . Его самооценка то поднимается, то снижается в зависимости от похвал или порицаний. Целью того, кто стремится стать по-настоящему свободным, – избавиться от зависимости от «кнутов и пряников» и самому выставлять себе баллы. Тогда для того, чтобы поднять свою самооценку, можно использовать риск , пытаться сделать нечто по-настоящему сложное, чтобы понять, на что вы способны. Но не следует сильно расстраиваться, если вы потерпите неудачу. Победа зависит от многих факторов, помимо вашего таланта. Следует торжествовать не в случае победы, а тогда, когда вы рискуете.

— Посмотри на них всех: раскрашенные, наряженные, разжиревшие. Мне стыдно принадлежать к этому слою общества.
— Если ты считаешь, что тупые и жирные невежды встречаются только среди твоего класса — ты ошибаешься. Таких везде хватает.

— Что-то я никак в толк не возьму, зачем вам преступник, — сказал Том.
— На Земле преступник играет чрезвычайно важную роль в жизни общества, — объяснил мэр. — На этом все книги сходятся. Преступник не менее важен, чем, к примеру, почтальон. Или, скажем, начальник полиции. Только разница в том, что действия преступника должны быть антисоциальны. Он должен действовать во вред обществу, понимаешь, Том? А если у нас никто не будет действовать во вред обществу, как мы можем заставить кого-нибудь действовать на его пользу? Тогда все это будет ни к чему.
Том покачал головой.
— Все равно не понимаю, зачем это нужно.
— Не упрямься, Том. Мы должны все устроить на земной манер. Взять хотя бы эти мощеные дороги. Во всех книгах про них написано. И про церкви, и про тюрьмы. И во всех книгах написано про преступников.
— А я не стану этого делать, — сказал Том.
— Встань же ты на мое место ! — взмолился мэр. — Появляется инспектор и встречает Билли Маляра, нашего начальника полиции. Инспектор хочет видеть тюрьму. Он спрашивает: «Ни одного заключенного?» А я отвечаю: «Конечно, ни одного. У нас здесь преступлений не бывает». «Не бывает преступлений? — говорит он. — Но во всех колониях Земли всегда совершаются преступления. Вам же это хорошо известно». «Нам это не известно, — отвечаю я. — Мы даже понятия не имели о том, что значит это слово, пока на прошлой неделе не поглядели в словарь». «Так зачем же вы построили тюрьму? — спросит он меня. — Для чего у вас существует начальник полиции?»
Мэр умолк и перевел дыхание .
— Ну, ты видишь? Все пойдет прахом. Инспектор сразу поймет, что мы уже не настоящие земляне. Что все это для отвода глаз. Что мы чуждый элемент!

Дон Корлеоне не сердился. Он давно понял, что общество часто наносит обиды, которые надо уметь стерпеть, потому что в этом мире беднейший из беднейших способен однажды открыть глаза и отомстить сильнейшему из сильнейших.
(Общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая лишь на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже с самым могущественным из обидчиков.)