Цитаты на тему «» — страница 73

Если уж книга, даже скучная, раскрыта, по-моему, её обязательно нужно дочитать. В ней непременно найдётся что-то полезное.

Жизнь после тридцати уже слишком коротка для плохих книг.

В романах всегда в конце женятся. Прочитаешь один — и можно больше не читать.

По несколько раз переписывает рукопись не тот, кто хочет сделать книгу лучше, а тот, кто дописав первый черновик, только потом понимает, что именно он хотел донести и как это сделать правильно .

Книги — это ум в картинках.

Не знаю, бывают ли совсем безвредные книги, но не сомневаюсь: есть книги настолько бессмысленные, что причинить вред они просто не в состоянии.

Книга — это зеркало , в котором мы видим то, что несём в душе, вкладывая в чтение разум и душу, а эти добродетели встречаются всё реже.

Восхвалить бесчисленные добродетели и высокое превосходство женщин — дело непомерное и самонадеянное, а предпочесть мужчинам женщин вроде уж и вовсе стыдно, даже как будто не по-мужски. Видимо поэтому, хотя немногие и пытались писать похвальное слово женщине, однако никто (сие мне достоверно известно) не осмелился признать ее превосходство над мужчиной. А молчанием отнять истинные и по праву приличествующие достойному полу хвалы, похитить у женщин заслуги и славу, сокрыв достоверную истину, считал я делом неблагодарным и святотатственным.

В глубине зала хранились книги «для широкого читателя». Антологии японской и мировой литературы, собрания сочинений разных авторов, древний эпос, философия , драма , искусствоведение... Одну за другой я брал их в руки , открывал, и со страниц на меня дышали века. Особый запах глубоких знаний и бурных страстей, мирно спавших в переплетах многолетним сном.

Мне тогда казалось, что книги — это всеобщее достояние, независимо от того, как они к тебе попадают. Вроде воды из крана где-нибудь в общественном месте.

Фантастика , как и другая литература и искусство , остается производным той социальной среды, в которой она взращена. И которую, естественно, как-то отражает.

– Ну, в конце концов, есть только два вида литературы – хорошая и плохая.

Я почти не читаю книг — мне кажется, это потеря времени. Знаю, что люди убьют меня за эти слова .

Книги библиотеки Тригорского сохранились если не полностью, то в большой мере. Подробный каталог был напечатан в книге « Поездка в Тригорское в 1902 году». Модзалевский расчленил библиотеку на разделы:
1. Изящная литература (поэзия, романы, повести, альманахи) 500 томов.
2. Учебники, детские книги — 100 томов.
3. История 100 — томов.
4. Естественные науки, география — 40 томов.
5. Философия , политика — 40 томов.
6. Смесь, журналы, словари, каталоги — 30 томов.
7. Месяцеслов за 1802-1865 годы , около 100 томов.

Работа над этой книгой напоминает путешествие по мало знакомой стране, когда на каждом шагу открываются новые дали и дороги. Они ведут неведомо куда, но сулят много неожиданного, дающего пищу для размышлений. Поэтому заманчиво и просто необходимо хотя бы и неполно, как говорится, начерно, но все же разобраться в переплетении этих дорог.

Сейчас он ничего не видел и не слышал. Он был далеко отсюда. В другой Вселенной. Он был в книге.

Книги могут переносить мысли своих авторов далеко в будущее даже после их смерти. Может, поэтому они для нас так притягательны.

Литературные воспоминания делятся, как правило, на несколько категорий. Если автор грамотный – он пишет сам, а опытный редактор расставляет знаки препинания. Если автор малограмотный, он диктует свои фантазии на современную технику, а все тот же многострадальный редактор облекает это в форму прозы, и говорун через некоторое время с удивлением узнает, что он писатель.

Мадлен садилась на постель немного почитать печальную старую книжку, чтобы та воспряла духом.

— Тому, кто читает между строк...
— ... неважно, на каком языке книга написана.