Цитаты на тему «» — страница 82

Ты прав, хотеть перемен — это первый шаг . Но второй — это добиваться их.

Запад развалил державу нашу,
Ну, а мы лишь тупо помогли.

Прекрати плакать — время для перемен.

Человек может измениться только в отрицательную сторону.

Меняя мир, не забывай и о себе.

Часто перемены в жизни начинаются с похмелья, когда голова не может думать , и решение принимает сердце .

Нельзя что-то новое понять и не измениться.

Попробуйте изменить себя, и вы поймете, насколько ничтожны ваши шансы изменить других.

Я хочу, чтобы ты помнил: жизнь всегда что-то дает взамен. Всегда, иначе невозможно было бы жить . Сейчас тебе плохо , и мне тоже. Но что-то непременно произойдет, и все встанет на свои места.

Очень важно, что люди не вправе менять историю.

Ничто не длится вечно.

Есть невиданная жизнь , которой мы снимся. Ей известны наша судьба и правильное направление . Мы можем доверять себе больше, чем нам кажется, и мы не должны бояться перемен.

Душу не переменишь. Можно лгать самому себе, притворяться, надеяться — но все равно в итоге останешься в той стихии, где был рождён.

«Ни шагу назад» — девиз , подходящий разве что для солдата. Нельзя во всём винить себя. Часто бывает, что виновато общество , мир или окружающие. Изменить себя — значит просто приспособиться к этому безразличному и жестокому, похожему на помойку миру. Словно принять поражение и стать его рабом. Это просто облачённая в красивые слова ложь, чтобы успокоить всех вокруг и себя заодно.

Кто-то должен начать изменять свою жизнь ...
Кто-то должен из нас поменять этот мир...

Тем, кто не в силах пожертвовать чем-то важным, нечего и надеяться на перемены.

Так много людей несчастны и при этом не в состоянии изменить ситуацию, поскольку слишком привыкли жить в безопасности, комфорте и консерватизме, что, на первый взгляд , умиротворяет, но на самом деле нет ничего вреднее для ищущего человеческого духа, чем обеспеченное будущее .

Завтра я буду другим. Завтра я стану новым. Возможно, влюбленным в этот маленький красивый мир. Я буду наивно требовать взаимности у рассвета за то, что нетерпеливо встречаю его, ловя первые лучи зеркалом глаз. Или сам стану этим тонким тревожащим душу рассветом для одного, самого настоящего, самого живого человека . А, может быть, я буду грустным. Больным светлой печалью пока ещё тёплой, ранней осени. И буду петь её желтеющие листья , дыша вызревшим звёздами небом. Или тоскуя за чашечкой чая возле открытого окна, ведущего на скучающую под пеленой мелкого дождя улицу. А может быть я буду весёлым. Смеясь над собой и легко, полушутя, измеряя судьбу улыбками на светлеющих от радости лицах. Или с долей сарказма и цинизма срезая налёт благочестия с людских пороков. В любом случае, потом я усну, чтобы проснуться на следующее утро и снова быть другим. Снова стать новым. И опять почувствовать острым покалыванием в кончиках пальцев восторг бытия, в котором я для себя открыл простое счастье: каждую секунду жизни не быть, но становиться самим собой, бесконечно меняясь изнутри.

Я чувствую, что моя жизнь резко изменится: я направляюсь по пути, который мне неведом, я в полной неизвестности. Указатели неразборчивы. Надо ли мне свернуть или продолжать ехать дальше? Ехать ли мне одному или взять с собой остальных? Кому довериться в этом путешествии? Теперь я понимаю почему лидерам необходима изоляция — я должен отдалиться от тех, на чью жизнь повлияли мои решения, от тех, кого люблю и от тех, кого ненавижу. Становится все труднее быть братом, когда свои решения я должен принимать как отец .

— Жизнь такая. Её нельзя изменить.
— А ты пробовал?