Цитаты на тему «» — страница 125

…улица мясников — образ Афганистана. Здесь царит веселый беспорядок , дополненный бездействием, которое меня огорчает. Ничто не разрушается, ничто не создается, все трансформируется. У меня такое чувство, что мы живем в пустоте. Ни изменений. Ни перемен. Мы ждем. Мы и есть этот бык, тяжелый и пассивный, который позволил разрезать себя на части прямо посреди улицы.

Город накрыло одеялом из холодной тучи, и его не стало.

Любимые больше не пишут, и, видимо,
Любимые в ответ никогда не любили.

Честно говоря, в ангелов верят редко, это верно. Люди настолько запутались сами в себе, что поверить в плохое им куда легче, чем в хорошее . Поэтому в силы Тьмы верят охотнее, чем в небесное воинство. Хотя бы потому, что со Злом люди встречаются чаще…

О людях пишет. Любит он людей, даже тогда, когда любить не нужно.

Без счёта быть первым,
Без слова сильнее,
Безнравственно чистым
Я тоже умею...

— И признаюсь, что ничего не понимаю, для чего всё так устроено. Люди сами виноваты — им дан был рай , но они захотели свободы, и похитили огонь с небеси. Поэтому их и жалеть-то нечего. Но если они должны страдать, для чтобы страданиями купить вечную гармонию, то причем тут дети ? Скажи мне, Алексей, мог бы ты, возводя здание судьбы человеческой с целью осчастливить людей, и дать им наконец мир и покой , замучить для всего этого хотя бы только одно крохотное создание? Вот этого самого ребеночка?
— Нет , не смог бы.

Как грустно: я нашел то, что искал, но мне это больше не нужно.

— Как вынесла вечеринку?
— Пытка. Такое не должно повториться...

Я наблюдаю свою биографию:
Письма , газеты, стихи , фотографии.
Ты приходи поделиться ошибками...

Отражения тех, кто ушел, остается — отпечатком, который сохранится навсегда. Иначе как объяснить, что зеркала со временем тускнеют?..

Среди нехоженых дорог,
Где ключ студеный бил,
Ее узнать никто не мог
И мало кто любил.
Фиалка пряталась в лесах,
Под камнем чуть видна.
Звезда мерцала в небесах
Одна, всегда одна.

Чашка чайная, в чашке чаёк
С отвратительной сливочной пенкой.
Роза чайная, в розе жучок
Отливает зловещим оттенком.
Это сон? Может быть.
Но так много случайностей
В нашей жизни бывает за каждый денёк,
Что, увидевши розу душистую, чайную,
Я глазами ищу — где зловещий жучок.

И снова он едет один, без дороги, во тьму,
Куда же ты едешь, ведь ночь подступила к глазам?
«Ты что потерял, моя радость ?» — кричу я ему,
А он отвечает: — «Ах, если б я знал это сам...»

Пепел падает на чулки в сеточку, сквозь которую виднеются фиолетовые галактики. Предлагаю сигарету. Берет.
Начинает говорить. Говорит долго. Эмоции по нарастающей. Ей и слез-то уже не хватает, чтобы выразить свою самую большую печаль . И проблема далеко не в разбитых губах, не в загорелой плоти в синяках. Дело в обманутом сердце . Самую сильную любовь испытывают те женщины , которые знают, что такое быть нелюбимой. И она то вроде хочет заплакать, но когда это было видано, чтобы путаны рыдали?
Замолчала.
Курит.
Да и я понимаю. Помощь ей не нужна. Ей не нужно кричать о своей боли. Непрофессионально.

Долг Короля состоит в том, чтобы осуществить мечту. А твой долг слуги – познать мечту Короля и передать её последующим поколениям.
Живи, Вэйвер. Пронаблюдай всё до самого конца, живи долго, и расскажи о ней – о сущности твоего Короля. О галопе Искандера.

Пара секунд — это много или мало, чтобы понять, что сейчас ты умрешь?

— Я понимаю, дитя, как никто другой!
— Это ты то!
— Сегодня я потерял слишком много, но сейчас не время для слез! Время свершить то, что должно!
*Танос использует камень времени возвращая Вижна к жизни*
— Нет !

Лео, я больше не хочу! Не сердись: чего бы ты на этот раз ни ждал, чтобы поведать мне о себе нечто важное, – я больше не жду. С тех пор как я тебя знаю, я только и делаю, что жду. За эти два с половиной года я ждала в три раза больше, чем за все свои тридцать три года жизни . Если бы я ещё при этом хоть раз знала, чего, собственно, жду! Я свое отждала. Я по горло сыта ожиданием. Мне очень жаль, но это факт!

Мне нужна своя ферма и спокойная жизнь , а не война . Наш рабоче-крестьянский класс вообще не любители воевать.
У меня прадед был крестьянином, заставшим революцию. Дед пересказывал слова отца: «Пришли Белые — забрали весь урожай, отстегали плетьми. Белые ушли, пришли Красные — отстегали плетьми, нашли и забрали всё, что не забрали Белые. Вернулись Белые — забрали последнюю курицу. Вернулись Красные — снова дали плетей и спалили хату, потому что забрать было нечего».