Цитаты на тему «» — страница 68

«Живи осознанно, Финик. Это не значит все бросить, уехать в Индию и, сидя в позе лотоса, улыбаться шелесту травы. Жить осознанно — это помнить о том, куда идешь, не упуская из виду настоящее . Каждое действие выполняй не автоматически, а осмысленно. Выражай чувства так, чтобы не навредить ни себе, ни другому. Предопределенности не существует — мы сами себе и ад, и рай , и тюрьма , и свобода ...»

Книги — лучшие товарищи старости, в то же время они — лучшие руководители юности.

— У людей плохая память ! — вставил председатель.
— Наоборот, память у людей настолько хороша, что они не забывают забыть все, абсолютно все!

Свободная торговля — не принцип, а средство для достижения цели.

Хотели одухотворить народ и государство тем, что придали им более широкое значение «человечества» и «всеобщего разума», но рабство стало тогда еще более тяжелым; и филантропы, и гуманные властители так же деспотичны, как политики и дипломаты.
Новые критики борются против религии за то, что она ставит Бога, божественное, нравственное и т. д. вне человека , как нечто объективное; они же, наоборот, вкладывают все это, как субъективное, в человека . Но они совершают опять-таки характерную ошибку религии тем, что приписывают «призвание» человеку, считая его божественным, человеческим и т. п., говоря, что нравственность , свобода , гуманность – «сущность» человека . И так же, как религия, хочет и политика «воспитать» человека , содействовать выявлению его «сущности», его «назначения», вообще сделать из него что-то, а именно – «истинного человека», религия хочет сделать его «истинно верующим», политика «истинным гражданином или подданным». По существу все сводится к одному и тому же, как бы ни называть «назначение» – божественным или человеческим. Религия и политика ставят человека на почву обязанностей: он должен сделаться вот этим, должен быть таким-то. С этим постулатом, этим велением люди подходят не только друг к другу, но и к самим себе. Наши критики говорят: ты должен быть цельным, свободным человеком. И они готовы провозгласить новую религию, воздвигнуть новый абсолют , новый идеал – свободу. Люди должны стать свободными. Неудивительно, если появятся даже миссионеры свободы, ведь породило христианство миссионеров веры из убеждения , что все люди предназначены стать христианами. И как теперь вера образовала церковь, нравственность – государство , так и свобода образует новую общину, и начнется соответствующая «пропаганда». Конечно, нельзя ничего иметь против создания общины, но необходимо противиться восстановлению старого попечения, вообще того принципа, что нужно из нас что-либо сделать, христианина, подданного, свободного или «человека».

Счастье есть идеал не разума, а воображения.

Кто сражается со змеями, станет ли возиться с какой-то мускусной крысой!

…каждый человек – это целый мир, а не повод раздражаться…

— Я не такая.
— Они тоже не были такими, пока не стали.

Проблема в том, что этот мир гораздо сложнее, чем нам кажется. Никто из нас не может воспринимать его целостно, обычно мы оперируем его довольно урезанной моделью, сложившейся в нашем сознании. Взгляни. — Борис обвел рукой вокруг. — Солнце , деревья , голубое небо . Дети едят мороженое, поют птицы . Просто идиллия. Но это — лишь часть целого. И если мы с тобой в данный момент чего-то не воспринимаем, то это не значит, что его нет .

С чего мы взяли, что счастье каждого отдельно взятого человека — это то, что нужно человечеству в целом? Даст ли нам это хорошее прекрасное будущее ? Будет ли дивный новый мир прекрасен? Или, может быть, настоящая жизнь — та, которая на самом деле нам необходима — это мешанина из приятных и отрицательных эмоций, из хороших и плохих переживаний? Может быть, человеку нужно периодически быть несчастным, чтобы не забывать о том, как иногда круто бывает быть счастливым?

Дети пытались взывать к совести прохожих, убеждая: «Мы в самом деле очень, очень голодные. Мы уже давно ничего не ели. Дайте нам кусочек хлеба или хотя бы картошку или луковицу, чтобы дожить хотя бы до завтрашнего дня».
Но почти ни у кого не было этой одной луковицы, а у тех, у кого она была, — не было сердца. Война превратила его в камень.

Для космоса не существует времени. Страдание может быть произвольным: можно страдать за вчерашний день и можно за завтрашний. Или можно просто страдать потому, что плохо себя чувствуешь.

Когда кто-то делает плохое , я всегда говорю: наше дело – делать хорошее . А если кто-то делает тебе в ответ плохо , это уже не твое дело, это его проблемы .

От хорошего до дурного — один шаг , беда в том, что обратная дорога длиннее.

Писать о настоящей любви – это значит испытать самое прекрасное из творческих разочарований: её невозможно ни описать, ни выразить.

Горе может, конечно, душа таить, но тайного счастья она не переносит.

Лень , конечно, наибольшая помеха к развитию наших способностей.

Истинная страсть думает только о себе.

Любовь действительно может убивать людей. Однако, не забывай… Ненависть никогда не сможет спасти людей. Никогда!