Цитаты на тему «» — страница 26

И вся-то жизнь — биенье сердца,
И говор фраз, да плеск вины,
И ночь под лодочкою секса
По слабой речке тишины.

Если определенность — это абсолютное знание будущего, то она лишь замаскированная смерть .

Помнят руки-то. Помнят, родимые!

Тюремные университеты учили большевика оценивать жизнь со стороны пользы для дела . Но в первую очередь они учили его жизни . Если вера в приход революции была тверда, а «ключ к пониманию окружающей действительности» найден, то любые занятия арифметикой, геометрией и немецким языком шли на пользу дела . Чем больше большевик знал, тем лучше он различал «движущие силы» вселенной и «чарующий отблеск» приближающейся зари.
Во время первого пребывания в тюрьме, не имея в своем распоряжении ничего, кроме тюремной библиотеки, Канатчиков прочитал «Тургенева, Успенского, Достоевского, Шпильгагена («Между молотом и наковальней»), Щедрина и других». Особенно ему понравился Щедрин. «Читая его «Письма к тетеньке», я так сильно хохотал, что надзиратель не раз открывал форточку и долго смотрел мне в лицо , полагая, по-видимому, уж не рехнулся ли я в уме». Ко времени второго ареста у него было больше опыта, сознательности и товарищей. Фаина Рыкова, сестра студента-революционера Алексея Рыкова, принесла ему годовой запас книг.
Особо систематического подбора не было, но это было и не существенно, мне хотелось все знать, что прямо или косвенно содействует делу революции. А книги были подобраны определенного характера. Помню, в моем ассортименте были: «История первобытной культуры» Липперта, лекции по русской истории Ключевского, «Популярное изложение теории Дарвина» Тимирязева, «Политическая экономия» Железнов
Воронский начал с Маркса, Кропоткина, Бальзака, Флобера и Достоевского, но, оказавшись в полуподвальной камере с мокрицами, дал себе послабление. «Вечером и утром – гимнастика, обтирание, три часа – на немецкий язык ; остальные часы я отдавал Гомеру, Диккенсу, Ибсену, Толстому, Лескову, ленивым и вялым мечтаниям, неторопливым размышлениям и воспоминаниям»

Я пришел к мудрецу и спросил у него:
«Что такое любовь ?» Он сказал: «Ничего»
Но, я знаю, написано множество книг:
Вечность пишут одни, а другие – что миг
То опалит огнем, то расплавит как снег ,
Что такое любовь? «Это все человек !»
И тогда я взглянул ему прямо в лицо ,
Как тебя мне понять? «Ничего или все?»
Он сказал улыбнувшись: «Ты сам дал ответ!:
Ничего или все! — середины здесь нет !»

Веселое сердце благотворно, как врачевство, а унылый дух сушит кости .

Человек принимает на свой счет только то, что есть у него внутри.

Как раз о конце истории . Уходящий год был сложным, но хорошим для того, чтобы подумать о душе. Потому что, чем ближе подходит смерть к людям и обществам, тем больше поводов задуматься о смысле жизни . В бесконечной дележке ресурсов? В построении собственной карьеры? В том, чтобы выглядеть получше? Или ещё в чем-то? Кто задумался над этим вопросом — те выиграли. А кто весь год пялился в компьютер — они проиграли. На эту тему написано много разных книг, но есть книга, пророчества которой оказались невероятно близки. Я имею в виду Библию и Новый Завет. Настолько эта книга резонирует с прошлым годом, что не заметить это может либо глупый человек , либо человек , который врёт сам себе. В этой книге говорится и о эпидемиях, и о войнах. Все эти пророчества подводят к одному — к власти того, кто олицетворяет зло .

... Золотое правило любой битвы за власть состоит в том, что нельзя делать шаг до тех пор, пока нет полной уверенности в следующем шаге оппонента. Сунь-Цзы два с половиной тысячелетия назад верно сказал, что нужно знать врагов своих.

Беглость речи проистекает от недостатка мозгов и слов, ибо всякий, владеющий языком и умеющий собраться с мыслями, будет вынужден, рассуждая, останавливаться, дабы подбирать подходящие слова и мысли ; напротив, пустые болтуны держат в голове однотипный набор идей, который и выражают однотипным набором слов.

Любовь — это когда ни о чем не нужно жалеть.

Один день на свободе стоит больше, чем целая жизнь в оковах.

Этот мир существует в истории . Он — исторический. Историческое — это есть мысль, мышление . Именно мышление имеет историческое существование , а натуральный мир не имеет исторического существования. История есть процесс искусственно-естественный, требующий для своего описания одновременно двух категорий: категорий естественного, с одной стороны, и категорий искусственного, с другой стороны. Можно сказать и так: одним из важнейших факторов исторического процесса становится целевое человеческое действие . И как таковое — как целевое и как действие — оно не подчиняется категории естественного.

Жизнь , Катриона, – это самая большая ценность . Не свобода , не гордость , не высокие идеалы – жизнь . Никогда не забывай об этом.

Лучшее — враг хорошего.

Лучше умереть на ногах, чем жить на коленях.

На примере мелких вещиц легче установить полнейшую самостоятельность поступков.

Никогда не забуду
Чей-то мудрый совет:
Жди опасности всюду,
Где опасности нет .

Только вам одному известно, подлы ли вы и жестокосердны, или честны и благочестивы; другие вас вовсе не видят; они составляют себе о вас представление на основании внутренних догадок, они видят не столько вашу природу, сколько ваше умение вести себя среди людей; поэтому не считайтесь с их приговором, считайтесь лишь со своим.

Проснитесь на рассвете с окрылённым сердцем и воздайте благодарность за ещё один день любви .