В этой подборке собраны цитаты и афоризмы на тему «Записки блокадного человека» от писателей, поэтов, философов и режиссёров. Выбирайте высказывания для статусов, сочинений и вдохновения.
Цитата из подборки1 / 3
День ленинградской весны 1942-го. Впрочем, слово «весна» звучало странно. Хлебный паек повысили, по размороженным улицам нерешительно ходили трамваи. Немцы перестали бомбить, но каждый день несколько раз в день обстреливали город . Самые сильные и жизнеспособные уже умерли или выжили. Хилые продолжали замедленно умирать. Слово «весна» звучало странно.
Все цитаты
Ещё цитаты по теме
День ленинградской весны 1942-го. Впрочем, слово «весна» звучало странно. Хлебный паек повысили, по размороженным улицам нерешительно ходили трамваи. Немцы перестали бомбить, но каждый день несколько раз в день обстреливали город . Самые сильные и жизнеспособные уже умерли или выжили. Хилые продолжали замедленно умирать. Слово «весна» звучало странно.
♥ 0Просмотры: 0
Месяцами люди — большая часть жителей города — спали не раздеваясь. Они потеряли из виду свое тело . Оно ушло в глубину, замурованное одеждой, и там, в глубине, изменялось, перерождалось. Человек знал, что оно становится страшным. Ему хотелось забыть, что где-то далеко —
за ватником, за свитером, за фуфайкой, за валенками и обмотками — есть у него нечистое тело . Но тело давало о себе знать — болями, чесоткой. Самые жизнеспособные иногда мылись, меняли белье. Тогда уже нельзя было избежать встречи с телом. Человек присматривался к нему со злобным любопытством, одолевающим желание не знать. Оно было незнакомое, всякий раз с новыми провалами и углами, пятнистое и шершавое. Кожа была пятнистым мешком, слишком большим для своего содержимого.
♥ 0Просмотры: 0
В обстоятельствах блокады первой, близлежащей ступенью социальной поруки была семья , ячейка крови и быта с ее непреложными требованиями жертвы . Скажут: связи любви и крови облегчают жертву. Нет , это гораздо сложнее. Так болезненны, так страшны были прикосновения людей друг к другу, что в близости, в тесноте уже трудно было отличить любовь от ненависти к тем, от кого нельзя уйти. Уйти нельзя было — обидеть, ущемить можно. А связь все не распадалась. Все возможные отношения — товарищества и ученичества, дружбы и влюбленности — опадали как лист; а это оставалось в силе. То корчась от жалости, то проклиная, люди делили свой хлеб . Проклиная, делили, деля, умирали. Уехавшие из города оставили оставшимся эти домашние жертвы . И недостаточность жертв (выжил — значит, жертвовал собой недостаточно), а вместе с недостаточностью — раскаяние .
♥ 0Просмотры: 0