Цитаты на тему «» — страница 2

А я с годами думаю все чаще,
Что краденое счастье — тоже счастье ,
Как ситник краденый — все тот же хлеб насущный,
Спасенье жизни неблагополучной.
А может, несравненно слаще даже.
Поверьте, это не в защиту кражи,
Но просто я убеждена, что сытый
Не представляет, сколько стоит ситный...

Не боюсь, что ты меня оставишь
для какой-то женщины другой,
а боюсь я,
что однажды станешь
ты таким же,
как любой другой.
И пойму я, что одна в пустыне, —
в городе, огнями залитом,
и пойму, что нет тебя отныне
ни на этом свете,
ни на том.

Как часто лежу я без сна в темноте,
и всё представляются мне
та светлая речка и елочки те
в далекой лесной стороне.
Как тихо, наверное, стало в лесу,
раздетые сучья черны,
день убыл — темнеет в четвертом часу,
и окна не освещены.
Ни скрипа, ни шороха в доме пустом,
он весь потемнел и намок,
ступени завалены палым листом,
висит заржавелый замок...
А гуси летят в темноте ледяной,
тревожно и хрипло трубя...
Какое несчастье
случилось со мной -
я жизнь прожила без тебя.

Сколько же можно терять
Губы твои, русую прядь,
Ласку твою, душу твою...
Как от разлуки я устаю!

Улыбаюсь, а сердце плачет
в одинокие вечера.
Я люблю тебя.
Это значит —
я желаю тебе добра.

Бывало всё: и счастье , и печали,
и разговоры длинные вдвоём.
Но мы о самом главном промолчали,
а может, и не думали о нём.
Нас разделило смутных дней теченье -
сперва ручей, потом, глядишь, река ...
Но долго оставалось ощущенье:
не навсегда, ненадолго, пока...
Давно исчез, уплыл далёкий берег,
и нет тебя, и свет в душе погас,
и только я одна ещё не верю,
что жизнь навечно разлучила нас.

Но я всё та же, та же, что бывало...
Пройдёт война , и кончится зима .
И если бы я этого не знала,
давно бы ночь свела меня с ума.

Надо верными оставаться, до могилы любовь неся,
Надо вовремя расставаться, если верными быть нельзя!..

Как счастье внезапное — оттепель эта.
Весны дуновеньем земля обогрета.
Еще не начало весны, а предвестье,
и даже еще не предвестье — намек,
что будет, что рядом, что срок недалек.

Я пенять на судьбу не вправе,
годы милостивы ко мне...
Если молодость есть вторая -
лучше первой она вдвойне.
Откровеннее и мудрее,
проницательней и щедрей.

Я прощаюсь с тобою
у последней черты.
С настоящей любовью,
может, встретишься ты.
Пусть иная, родная,
та, с которою — рай ,
всё равно заклинаю:
вспоминай! вспоминай!
Вспоминай меня, если
хрустнет утренний лёд ,
если вдруг в поднебесье
прогремит самолет ,
если вихрь закурчавит
душных туч пелену,
если пёс заскучает,
заскулит на луну,
если рыжие стаи
закружит листопад,
если за полночь ставни
застучат невпопад,
если утром белесым
закричат петухи,
вспоминай мои слёзы,
губы , руки , стихи ...
Позабыть не старайся,
прочь из сердца гоня,
не старайся,
не майся -
слишком много меня!

Так было, так будет в любом испытанье:
кончаются силы , в глазах потемнело,
уже исступленье, смятенье, метанье,
свинцовою тяжестью смятое тело .
Бороться так трудно, а сдаться так просто,
упасть и молчать, без движения лежа...
Они ж не бездонны — запасы упорства...
Но дальше-то, дальше-то что же?

Открываю томик одинокий -
томик в переплете полинялом.
Человек писал вот эти строки.
Я не знаю, для кого писал он.
Пусть он думал и любил иначе,
и в столетьях мы не повстречались...
Если я от этих строчек плачу,
значит мне они предназначались.

Случается, что чувства , как листву,
Засыплет душной пылью,
И вот, в любовь не веря, я живу
И плачу от бессилья.
Но по стволу неслышно восходя,
Льнет к веткам сок древесный.
И вот довольно одного дождя,
Чтобы листва воскресла.

А в доме будет грусть и тишь,
хрип счетчика и шорох книжки,
когда ты в двери постучишь,
взбежав наверх без передышки.

Не охладела — нет ,
Скрываю грусть ,
Не разлюбила —
Просто прячу ревность .
Не огорчайся, скоро я вернусь,
Не беспокойся —
Никуда не денусь.
Не осуждай меня,
Не прекословь, не спорь,
В своём ребячестве жестоком
Я для тебя же берегу любовь
Чтоб не изранить насмерть ненароком.

Да, ты мой сон. Ты выдумка моя.
Зачем же ты приходишь ежечасно,
глядишь в глаза и мучаешь меня,
как будто я над выдумкою властна?
Я позабыла все твои слова ,
твои черты и годы ожиданья.
Забыла все. И все-таки жива
та теплота, которой нет названья.
Она , как зноя звонкая струя,
живет во мне. И как мне быть иною?
Ведь если ты и выдумка моя -
моя любовь не выдумана мною.

Навстречу сосны. Нет конца им...
День ярче, выше, горячей,
но хвойный кров непроницаем
для ливня солнечных лучей.
Лишь кое-где во мраке вкраплен
как будто золота кусок.
И с веток солнечные капли
сочатся в розовый песок.

А ты придёшь, когда темно,
когда в стекло ударит вьюга,
когда припомнишь, как давно
не согревали мы друг друга .
И так захочешь теплоты,
не полюбившейся когда-то,
что переждать не сможешь ты
трёх человек у автомата.

Всё в доме пасмурно и ветхо,
скрипят ступени, мох в пазах...
А за окном — рассвет
и ветка
в аквамариновых слезах.
А за окном
кричат вороны,
и страшно яркая трава ,
и погромыхиванье грома,
как будто валятся дрова.
Смотрю в окно ,
от счастья плача,
и, полусонная ещё,
щекою чувствую горячей
твоё прохладное плечо...
Но ты в другом, далёком доме
и даже в городе другом.
Чужие властные ладони
лежат на сердце дорогом.
... А это всё — и час рассвета,
и сад, поющий под дождём, —
я просто выдумала это,
чтобы побыть
с тобой вдвоём.