Цитаты на тему «» — страница 2

— Все-таки, — говорит он, — ужасная у меня манера — рассказывать с самого начала, по порядку.

Серебряный сентябрь...
Ты дотянись,
Осенних туч прикоснись,
Простых слов прошу...

Ты слишком молод, чтобы задумываться о поражении, сынок. Ты не думай, ты просто сделай, что должен.

Утро — это прекрасно. Единственный его недостаток — оно всегда приходит не вовремя.

По молодости лет, по наивности я, как и всякий юноша, приучил себя думать , что у красивых девушек и мысли и чувства красивые, и мне было больно расстаться с этой благодатной иллюзией. Сколько впоследствии знал я красавиц с ничтожными мозгами и мелкими чувствами!

Бежать от соблазна волен и должен всякий. Но бойся прельститься на лесть врага рода человеческого.

— Бесполезно! Мне его не уничтожить!
— Погоди! Или мне просто кажется, или... Он останавливается!
— Правда ?!
— А, не, просто показалось.
— Блин, дед, чтоб тебя!

Неглупый защитник не оставит от доводов обвинения камня на камне.

— Мы обсуждаем детей израилевых.
— Но мы должны следовать одиннадцатой заповеди: не заставляй прессу ждать.

Морозов сделал повелительный знак, и опричники невольно посторонились. Гремя колокольцами, боярин подошёл к столу и опустился на скамью, напротив Иоанна, с такою величественною осанкой, как будто на нём вместо шутовского кафтана была царская риза.
- Как же мне потешать тебя, государь?  — спросил он, положив локти на стол, глядя прямо в очи Ивану Васильевичу.  — Мудрён ты стал на потехи, ничем не удивишь тебя! Каких шуток не перешучено на Руси, с тех пор как ты государишь! Потешался ты, когда был ещё отроком и конём давил народ на улицах; потешался ты, когда на охоте велел псарям князя Шуйского зарезать; потешался, когда выборные люди из Пскова пришли плакаться тебе на твоего наместника, а ты приказал им горячею смолою бороды палить!
Опричники хотели вскочить с своих мест и броситься на Морозова; царь удержал их знаком.
- Но,  — продолжал Морозов,  — то всё было ребяческое веселье ; оно скоро тебе надоело. Ты начал знаменитых людей в монахи постригать, а жен и дочерей их себе на потеху позорить. И это тебе прискучило. Стал ты выбирать тогда лучших слуг твоих и мукам предавать. Тут дело пошло повеселее, только ненадолго. Не всё же ругаться над народом да над боярами. Давай и над церковью Христовою поглумимся!