Цитаты на тему «» — страница 239

— Мне очень сложно не осуждать тебя...
— Меня?! Ты убил всю свою семью!
— Да... Но я никогда не изменял.

Лучше тонуть в дыму, чем утонуть в твоих глазах...

Где есть жизнь , там будут и люди , а вместе с ними приходит и все остальное.

Горцы говорят: «Не вынимай кинжал без надобности. А если вынул — бей! Бей так, чтобы сразу убить наповал и всадника и коня».

Сожжение едвабненских евреев дало тот же эффект, что применение из сегодняшнего арсенала боевых средств нейтронной бомбы ,  — ликвидированы все собственники, при этом их материальные блага остались нетронутыми.

Ложь — глубоко укоренившаяся часть каждого из нас. Отнять её значило бы сделать нас чем-то меньшим, а не большим, чем человек .

— Вы не ушиблись, мэм?
— Я умерла, сэр.
— Умерла? Это серьезно!
— Женитесь на мне?
— Мэм, я бы с радостью, но боюсь, у меня вывих лодыжки!

В жизни много загадочного, но самая загадочная это сама жизнь .

Старания — фактор роста.
Нам совершенно неважно, удается ли детям выполнить задания, поставленные в игре. Важны их старания , потому что на стараниях они растут.

Однажды он ушёл с вечеринки , потому что услышал слова «взбитые сливки», которые, по его мнению, прозвучали угрожающе.

Дальше видно, но — недальновидно
Жить с открытой шеей меж людей.

Никакая публичная деятельность не может доставить такого наслаждения и удовлетворения, как сценическая.

А своих слабых и больных детей трансформеры сбрасывали со скалы на Землю... Так появился ВАЗ...

— Тебе больше нечего сказать? — с изрядной прохладой осведомился Его Величество.
— Вообще-то… есть, — я с долей сожаления посмотрела на свои ноги , где на правой пятке прилип нехилый такой комок грязи, и дернула ногой. — Я думаю, что вам живется весьма нелегко. Тащить на себе такую тяжесть…
Блин. Не отцепляется.
— Толкая ее, как тяжелое бревно…
Вот сволочь! Намертво прилипла!
— Пихая вперед, ругаясь на дураков, которые бесконечно мешаются под ногами…
Нет , ну надо, какая зараза! И где я успела так извозиться?!
— Потея, сдирая в кровь руки…
Уф! Я, наконец, с раздражением отряхнула каблук и придирчиво изучила второй сапог. Но он, слава богу, оказался в порядке.
— …и все для того, чтобы неудобная, неподъемная и неповоротливая махина под названием «государство» хоть немного, но сдвинулась с места. Хоть чуть-чуть, но стала лучше. Медленно, постепенно, мучительно долго. Ведь у вас, если подумать, адская работа . И неблагодарная, к тому же: держать на себе небосвод очень трудно. Особенно, если стоишь на вершине совсем один, устало утираешь пот со лба, проклинаешь все на свете, но все же стоишь, держишь… просто потому, что больше некому отдать эту трудную ношу. И при этом каждый миг понимаешь, что тебе не только никто не поможет, но еще, что особенно грустно, даже не поймет…

Счастье заключается не в обладании желаемым, а в желании того, что имеешь.

Мы живы до тех пор, пока у нас есть надежда , — сказал Затворник. — А если ты ее потерял, ни в коем случае не позволяй себе догадаться об этом. И тогда что-то может измениться.

Call me baby I be there.
Wherever you are I be there.

Так называемое общественное мнение уничтожило саму суть чувств, оставив нам лишь «правильные» картинки. Действительно, в мире, где существительное «любовь» чаще всего употребляется в связке с «заниматься», внешние проявления чувств должны соответствовать последней фотосессии Антона Ланге для журнала «Vogue»: всё вокруг в приглушенных тонах, она полулежит в кресле, в чёрном платье и с распущенными волосами. Он стоит, склонившись над нею, в строгом костюме и белой рубашке, расстёгнутой до середины груди. В руках у Ромео и Джульетты по бокалу пенистой жидкости, а для полноты картины вокруг разбросаны подушки с логотипом: «Ромео и Джульетта. Игристое, полусладкое». Страсти добавил фотошоп, о выпуклостях в нужных местах позаботился хирург, а над томными лицами поработал стилист. «Всё выглядит достаточно элитно», — как написал какой-то питерский глянец. В такой позе не стыдно и на люди показаться.

Я — счастье , я — бесконечный лес ,
Забран в прозрачного свойства шар;
Если трясти — снег идёт с небес,
Кроны деревьев собой верша.

Мы транжирим наследство наших детей.