Цитаты на тему «» — страница 39

Конечно, это несправедливо, но кто ты такой, чтобы избежать вселенской несправедливости?

В восемнадцатом столетии во Франции жил человек , принадлежавший к самым гениальным и самым отвратительным фигурам этой эпохи, столь богатой гениальными и отвратительными фигурами. О нем и пойдет речь . Его звали Жан-Батист Гренуй. И если это имя , в отличие от имен других гениальных чудовищ вроде де Сада, Сен-Жюста, Фуше, Бонапарта и т. д., ныне предано забвению, то отнюдь не потому, что Гренуй уступал знаменитым исчадиям тьмы в высокомерии, презрении к людям, аморальности, — короче, в безбожии, но потому, что его гениальность и его феноменальное тщеславие ограничивалось сферой, не оставляющей следов в истории , — летучим царством запахов.

Если, например, представить все жертвы не как отдельные индивиды, но как часть некоего высшего принципа и идеалистически помыслить их столь различные свойства слитыми в единое целое, то картина , составленная из подобной мозаики, была бы, в общем-то, картиной красоты, и волшебство, исходящее от нее, имело бы не человеческую, а божественную власть .

— Вы все еще опасаетесь гражданской войны, советник?...
— Госпожа, мне двадцать три года. И всю сознательную жизнь я прожил в состоянии гражданской войны: скрытой, культурной, террористической, и — пару незабываемых недель после падения маяков — даже тотальной. Опасаться тут уже поздно.

Даже супергерои в день своей свадьбы волнуются.

Праведных боги хранят: почитающий — сам почитаем.

Всё трудное дается еще труднее, если на твоей стороне нет лучшего друга .

Я бы никогда не отдала свою судьбу в руки другого человека , поэтому я всегда выигрываю. А ты проигрываешь.

Одним словом, прическа имеет такое большое значение , что в какое бы золотое с драгоценностями платье женщина ни оделась, чем бы на свете ни разукрасилась, если не привела она в порядок свои волосы , убранной назваться не может.

Когда, не подумав, идешь на неоправданный риск , можешь угробить не только сегодняшнего себя, но и того человека , у которого появились бы неплохие шансы справиться с непосильной пока задачей — когда-нибудь, например, через год.

После каждой фразы мисс Бетси встряхивала головой, словно ее душило воспоминание об ее собственных былых обидах и она усилием воли подавляла желание намекнуть на них более ясно.

До сих пор беды подпитывали меня: из пустой породы мучений я извлекал крупицы пользы.

У вас есть всё, что необходимо. Вам остается только этим воспользоваться. Вы способны на всё, только вам об этом ещё никто не говорил.

— Моя совесть не позволит мне так поступить.
— Но у тебя нет совести.
— Я имела в виду, что мне это не нравится.

Как ни был я смущен отсутствием мальчишеской сноровки, а также школьной премудрости, мне была неизмеримо тяжелее другая мысль: то, что я знал, отдаляло меня от моих товарищей куда больше, чем то, чего я не знал.

— Где ваш ордер?
Холмс показал Питерсу пистолет и снова сунул его в карман.
— Придется вам пока удовольствоваться этим!
— Да вы просто бандит!
— Ничуть не возражаю против такого определения, — рассмеялся Холмс. — Мой спутник тоже весьма опасный головорез, рекомендую. Мы с ним начинаем обыск.

Она настолько привыкла скрывать правду, что теперь при попытке ее озвучить столкнулась с трудностями чисто физиологического свойства. Вторая и третья попытки начать рассказ также провалились. Но в конце концов она с этим справилась, как справляется старый музыкант со своим инструментом после того, как годами не брал его в руки .

Если истина слишком неприятна или неожиданна, в нее отказываются верить.

Человеческий запах всегда — запах плоти, следовательно, запах греха. Так как же положено пахнуть младенцу, который еще ни сном ни духом не повинен в плотском грехе? Как ему положено пахнуть? Никак!

Ты, человек , не потому ли не в курсе, кто и зачем поднял тебя из праха, что создатели твои не в пример умнее Мары и ее друзей? А ты все кричишь, кричишь из своего хосписа при дурдоме, что Бог умер. Ну-ну.