Цитаты на тему «» — страница 24

Компромисс всегда обходится дороже, чем любая из альтернатив.

Детям доступнее язык сердца, чем говор ума: они скорее угадывают подлинный образ мыслей т чувсьвенный своих наставников и родителей, чем изучают преподаваемые им правила .

По свойству матерей раскрываются в детях добрые или худые стороны; матери служат для них первообразом.

— По тому, как парень отмечает годовщину, можно понять, насколько сильно ты ему нужна!
— Ну вот... а я всегда просила отрезаное ухо.

Надо жениться. Нельзя больше пихать кому ни попадя, как раньше. В конце концов... хер отвалится.
Помните венерические в 60-х? Эта херня больше не страшна, но каждый раз, как что-то вылечивают, оно возвращается ещё сильнее. Венерические болезни уже не те. Теперь мужики приходят к доктору с симптомами типа: «Извините, док, а что бы это значило, если я иду в туалет ... а у меня конец огнем горит?» Док: «Что ж, давайте разберёмся. Вы ощущаете жжение при мочеиспускании?» Мужик: « Нет , у меня с конца огонь полыхает. Языки пламени с конца, когда я хочу поссать. Я даже поссать не могу в доме, я дом сожгу. Мне приходится выходить во двор. Я во дворе ссал, а меня какой-то парень ограбить хотел. Я повернулся и случайно его сжёг, потому что у меня конец огнём горит. Вот что я пытаюсь сказать».

Это правдивая и живая история моей невероятной любви . С надеждой, что она не прочтет и не попрекнет меня, я поменял много деталей. Её имя , место и дату рождения, шрамы и родимые пятна. Все равно я ничего не смогу исправить. Сказать ей, что я сожалею о каждом слове, что написал, дабы изменить её. Сожалею о многом. Я не замечал тебя, когда ты была рядом. А когда ты ушла, я вижу тебя повсюду. Кто-то увидит здесь волшебство, но любовь это и есть волшебство. О «Над пропастью во ржи» говорили: произошло редкое чудо литературы. Из чернил, бумаг и воображения был создан настоящий человек . Я не Сэлинджер. Но я был очевидцем редкого чуда. Любой писатель сможет подтвердить: случается такое редкостное счастливое состояние , когда слова приходят не от тебя, а проходят сквозь тебя. Она сразу была цельной личностью. Мне же просто повезло поймать её.

У меня есть друг, а у него японская подружка, а японские женщины самые покорные женщины на планете. Они просто... они такие робкие, робкие, робкие, робкие женщины. Я пришел к ним домой и его подружка японская эта поклонилась мне, когда я зашел. Я говорю: «Слышь, че за нахер? Че у твоей жены за спиной?» — а он говорит: «Это японская штука такая, они кланяются». Я говорю: «Мисс, вы сами выбирали интерьер дома?» Она посмотрела на мужа, он такой: «Можешь говорить». И она заговорила! А я такой: «Ни хера ***оконтроль тут у тебя!»

— Но я — это я, а ты — это ты! Мы Чак и Блэр, Блэр и Чак. Что бы ты ни делал, что бы ты ни думал, я всегда буду поддерживать тебя.
— Почему же ты будешь это делать?
— Потому что я люблю тебя..

Весь мой опыт , все события моей жизни , все знакомые мне люди , все мои вспоминания и мечты, все прочитанные мною книги — все это годами сваливалось в одну компостную кучу и постепенно перегнивало, превращаясь в темное жирное органическое вещество. Процесс разложения сделал это вещество однородным; из него уже не вычленить отдельные компоненты. Иные люди называют это воображением, но я воспринимаю его как большую кучу компоста. Время от времени я беру какую-нибудь идею, помещаю ее в компост и жду. Идея питается темным веществом, некогда именовавшимся жизнью, берет из него энергию и начинает идти в рост . Пускает корни. Дает побеги. И так далее, пока в один прекрасный день из идеи не вырастает рассказ или роман .

— ... Другие женщины по сравнению с тобой — для меня теперь то же самое, что плохие раскрашенные открытки по сравнению с танцовщицами Дега.
Лилиан рассмеялась.
— Неужели ты имеешь в виду уродливых и жирных балетных крыс, которых он всегда рисовал?
— Нет . Я говорю о рисунке в доме Левалли — о танцовщице в пленительном движении. Ее лицо лишь намечено несколькими штрихами, и каждый может увидеть в нем свою мечту.
...
— Видимо, всегда надо оставлять немного свободного места; не нужно полностью завершать рисунок, иначе не будет простора для фантазии. Ты тоже так думаешь?
— Да, — сказал Клерфэ. — Человек всегда становится пленником своей собственной мечты, а не чужой.

– Упрекают в однообразии. Книги, говорят, похожи друг на друга .
– Милочка, – сказал я, – писатели , чтоб ты знала, бывают двух видов. Те, кто всю жизнь пишет одну книгу – и те, кто всю жизнь пишет ни одной. Именно вторые сочиняют рецензии на первых, а не наоборот. И упрекают их в однообразии. Но разные части одной и той же книги всегда будут чем-то похожи. В них обязательно будут сквозные темы.
– То есть ты всю жизнь пишешь одну и ту же книгу?
Я сделал двухсекундный сетевой фейспалм.
– Я бы сказал не так… Я бы сказал, что это противостоящий мне литературный мэйнстрим коллективно пишет одну ничтожную книгу. Все появляющиеся там тексты, в сущности, об одном – они описывают омраченное состояние неразвитого ума, движущегося от одного инфернального пароксизма к другому, причем этот заблуждающийся воспаленный ум описан в качестве всей наблюдаемой вселенной, и без всякой альтернативы подобному состоянию… Иногда ценность такой продукции пытаются поднять утверждением, что автор «стилист и мастер языка», то есть имеет привычку обильно расставлять на своих виртуальных комодах кунгурских слоников, от вида которых открывается течка у безмозглых филологических кумушек, считающих себя кураторами литпроцесса. Но «звенение лиры» не добавляет подобным текстам ценности . Оно просто переводит их авторов из мудаков в мудозвоны.

Если бы у меня был чайник, я бы заварил тебя до смерти!

— Привет, детка!
— Такой тип поведения с девушками — компенсация за маленький размер !

В зависимости от того, какими духами пользуются девушки , их можно
разделить на несколько категорий. Есть девушки , которые напоминают вам другую девушку. Есть такие, которые отравляют воздух: их запах , как брюхастая собачонка, бежит впереди. А еще бывают духи , которые напоминают площадь в какой-нибудь провансальской деревушке и тарелки моцареллы с помидорами в тех краях, где едят только моцареллу.

Будущность тёмна, как осени ночи,
Прошедшее гибнет для нас навсегда;
Ловите ж минуты текущего быстро,
Как знать, что осталось для нас впереди?

Поклялся никого не любить .
Отлично, значит психика в норме.

— Нам надо заполнить эти анкеты, чтобы я их потом выслала по факсу. Как мило, что они хотят познакомиться с нами до того, как мы приедем.
— Это чтобы решить, кого подвергнуть лоботомии, а кого сразу усыпить.

Чем больше опыта, тем меньше хочется к нему возвращаться.

Не всегда поступаешь правильно , сын мой. Даже если сам сознаешь. Но именно в этом иногда заключается прелесть жизни .

Я вижу по твоему лицу, что ты монах. Не то, чтобы в тебе было что-то поповское, — монах в моем понимании — это человек , который в своей келье обладает всем миром...