Цитаты на тему «» — страница 8

Прежде, чем что-то сказать или сделать, поразмысли о последствиях.

Язык подобен острому лезвию. Одно грубое слово может разрушить долгую дружбу и даже привести к кровопролитию. В мире нет покоя из-за болтливости, сплетен, очернительства и скандалов.

Практика выше (теоретического) познания, ибо она имеет не только достоинство всеобщности, но и непосредственной действительности.

Теория — это когда все известно, но ничего не работает. Практика — это когда все работает, но никто не знает почему. Мы же объединяем теорию и практику: ничего не работает... и никто не знает почему!

Если много читающий не знает, как употребить прочитанное, то его занятия бесполезны; если пишущий не в состоянии научить, как поступать, его занятия так же бесполезны; если совершается благородный поступок, не согласующийся с великой истиной, то, несмотря на его благородство , он бесполезен; если утвердиться в намерении, но не осуществить его в заботах о происходящем, хотя намерение и человеколюбиво, оно бесполезно.

— Я тебя ненавижу!
— Я тоже тебя ненавижу, но ты для меня важна.

Я же кипел праведным негодованием.
— Ну погоди, святоша, — шипел я. — Некогда ему, видите ли! Не нашел времени выслушать того, кто нуждался в помощи! Я уж приготовлю для тебя поленья! Чтоб жарче горели. <...> Если кто-то идет в целители душ, то требования к такому человеку гораздо выше, чем к любому другому. И суд над ними строже. А если он был не уверен, что готов к такому, то лучше бы на печи сидел! Своим равнодушием он наносит окружающим больше вреда, чем сотня преступников!

Наша жизнь все больше замыкается на воспоминаниях и ожиданиях, поскольку прошлое становится источником идентичности, а будущее — надеждой на спасение , на самореализацию в той или иной форме. Но все это иллюзии .
Чем больше вы концентрируетесь на времени — прошлом ли, будущем — тем больше Сейчас теряете. Теряете то, что ценнее всего на свете.

Человеческий ум, даже освобожденный от пут невежества и предрассудков, постоянно наталкивался на зазор между теорией и практикой.

В любом деле, в котором ты хочешь добиться успеха, ты должен практиковаться.

Про многие явления нельзя сказать, что они хороши или плохи по своей сути; они бывают лучше или хуже, они высокие или низкие, красивые или уродливые только лишь в сравнении с чем-то, но не по своей собственной природе. Их оценка относительна.

Оскорбленная женщина пойдет на все, чтобы отомстить. Ее не сдержат ни моральные терзания, ни угрызения совести, ни мнимые условности и приличия . Это у вас, мужчин, существует кодекс чести или что-то в этом роде. А женщина, которую уязвили по-настоящему, не остановится ни перед чем, чтобы уничтожить врага.

Невежественные люди утверждают, что невозможно трудиться без мотива. Им неведомо бескорыстие . Погрязшие в мелких страстях люди даже вообразить не могут, как можно что-то делать, не ожидая выгоды для себя и своей семьи.

Учитесь столько, сколько вам угодно, но Аллах не даст вам пользы от этого знания до тех пор, пока вы не станете воплощать его в делах!

В 1970-е стыда в сексе было еще довольно много. Но кроме стыда был страх . Женский страх забеременеть и (в гораздо меньшей степени) заразиться и мужской страх заразиться и (в гораздо меньшей степени) стать отцом. С контрацепцией был полный провал . При этом в аптеках продавались самые разные средства — презервативы для мужчин, женские перепонки и колпачки, разные пасты, а также гормональные таблетки. Кроме того, были народные средства контрацепции (знаменитый «ломтик лимона»). Но противозачаточными средствами пользовались очень мало. Считалось, что презервативы уменьшают наслаждение (хотя советский кондом ничем, кроме отсутствия смазки, не отличался от импортного). Считалось, что это «возня, которая отбивает всякое желание». Более того. Надевание презерватива часто расценивалось женщиной как оскорбительное недоверие — «он думает, что я заразная, то есть грязная потаскуха!» Или как обидная безответственность и даже своего рода отвержение — «он не хочет, чтоб я стала матерью его ребенка!».

Если бы мы побольше практиковались, у нас бы всегда получалось.

Можно уничтожать чудовищ и монстров, но не стоит обращать оружие против себе подобных.

Есть люди , которые болтают без умолку, как заведенные. Величайшее наказание для них — помолчать хотя бы три дня. Такие люди очень беспокойны.

Не первый год мы продолжали скалить зубы друг на друга , язвя, посылая к чертям, соревнуясь в стойкости и выдержке, логике и дипломатии, готовые в то же время слиться в жадном страстном поцелуе или укусе, оставляя следы на шее, на плечах и на бедрах, причиняя боль и получая наслаждение и прибывая в экстазе от того смертоносного танца, от той энергии, которая уносила нас в непонятые нами до тех пор пространства, вырывая из реальности. Но поток иссяк, забрав с собой страсть , ненависть , жажду друг друга , оставив осознание того, что не повторится подобное никогда , подарив понимание пространств, в которые нас забрасывало желание.

Теперь об одиночестве. При развитии сознания, при расширении горизонта мысли человек неизбежно будет ощущать свое одиночество . Каждому образованному и культурному человеку, подымаясь над общим уровнем, становится все труднее и труднее приноравливаться к мышлению людскому.