Цитаты на тему «» — страница 6

Долгие годы он играл с ними в опасную игру — ставкой была жизнь . Он принял их правила игры. Он засыпал, положив голову на их камни. Вечно он был в погоне и, как они, проводил свои ночи наедине с ветрами и звездами, словно в библейские времена. И вот он уезжает — значит, игра не была для него превыше всего. Он небрежно бросает карты, предоставляя маврам играть одним. И они смущены — есть ли смысл в этой жизни , если она не забирает человека всего, без остатка? Но нет , им хочется верить в него.

То, что вы способны говорить о сокровищах в окружении этих пиратов, говорит о вашей крайней глупости , граничащей со слабоумием. Как минимум.

... он мне объяснил, что земля круглая. Мне хочется в это верить. В какой-то мере меня это успокаивает. Если она круглая, значит, на ней нет никаких неровностей. Если она круглая, значит, на ней нет ни одного закутка, где можно потеряться. Если земля действительно круглая, значит, Афганистан , как любое другое место , может быть ее центром. Это открытие ставит все на свои места.

Одного взгляда на Землю инопланетянину будет достаточно, чтобы сказать: «Позовите менеджера».

A place without a name
Under a burning sky .
There's no milk and honey here
In the land of God ...
Someone holds a sign
It says we are human, too.
And while the sun goes down
The world goes by...

Не в том дело, чтобы проливать слезы над вечно незаживающей язвой. Те, кто ею поражен, её не чувствуют. Язва поразила не отдельного человека , она разъедает человечество . И не верю я в жалость . Меня мучит забота садовника. Меня мучит не вид нищеты,  — в конце концов люди свыкаются с нищетой, как свыкаются с бездельем. На Востоке многие поколения живут в грязи и отнюдь не чувствуют себя несчастными. Того, что меня мучит, не излечить бесплатным супом для бедняков. Мучительно не уродство этой бесформенной, измятой человеческой глины. Но в каждом из этих людей, быть может, убит Моцарт.

Со смертью каждого человека умирает неведомый мир.

Местность, где я нахожусь, есть рай ,
ибо рай — это место бессилья. Ибо
это одна из таких планет,
где перспективы нет .

У любого настоящего мудреца всегда можно отыскать изречения взаимоисключающего свойства.

Не горюй о том, что не сбылось. Путь каждого сопровождается непрожитыми жизнями и несбывшимися возможностями. Если ты сбился с самого лучшего маршрута, каким мог пойти, ты родишься снова и начнешь всё сначала. Так будет повторяться до тех пор, пока ты не выйдешь на единственно правильную дорогу и не попадешь туда, куда должен попасть.

Земля , как с червоточиною плод
В ладонь творца однажды упадёт...
Ужели Человек — ошибка Бога,
И надобно пустить его в расход?

Довольно неуместно называть эту планету — Земля , когда очевидно, что она — Океан .

Впрочем, по иному случаю, Мудрец сказал и другое: «Дурное предзнаменование для благородного мужа не повод, чтобы сойти с дороги».

Мысль воплощается в действие , лишь бы было желание.

Человеку надо мало:
после грома — тишину.
Голубой клочок тумана.
Жизнь — одну.
И смерть — одну.
Утром свежую газету -
с Человечеством родство .
И всего одну планету:
Землю!
Только и всего.
И — межзвездную дорогу,
да мечту о скоростях.
Это, в сущности, — немного.
Это, в общем-то, — пустяк.

Человек познает себя в борьбе с препятствиями. Но для этой борьбы ему нужны орудия.

Мужчины как яблоки — с возрастом становятся лучше.
Когда мальчишки — ужас , кислятина, невозможно есть. Молодые тоже пакость. Рот вяжет и жесткие, зуб можно сломать. Лет с сорока начинают созревать, а в хороший возраст входят уже в старой старости — после пятидесяти.
Самый лучший мужчина — это дедушка.

Вода , у тебя нет ни вкуса, ни цвета , ни запаха, тебя невозможно описать, тобой наслаждаются, не ведая, что ты такое. Ты не просто необходима для жизни , ты и есть жизнь . С тобой во всем существе разливается блаженство , которое не объяснить только нашими пятью чувствами. Ты возвращаешь нам силы и свойства, на которых мы уже поставили было крест . Твоим милосердием снова отворяются иссякшие родники сердца.

Кому из нас не знакома эта надежда , угасающая с каждой минутой, это молчание , которое становится всё тяжелее, словно роковой недуг.

Бог , утирая дланью вспотевший лоб
Улыбается молча: окончена моя миссия .
Все живое волна поглотила, за ней потоп.
Всё, планета на реконструкции. На ремиссии.