Цитаты на тему «» — страница 120

Первый комендант лагеря смерти в Собиборе, а позже в Треблинке, Франц Штангль, на вопрос американской журналистки Гиты Серень: «Как вы в то время думали, что было причиной уничтожения евреев?» — ответил: «Хотели забрать их деньги . Понимаете ли вы, какие фантастические суммы входили в игру?»

Вы хотите сказать, что мы должны были следовать правилам и дать им всем умереть? Спасать людей это то, чем должны заниматься герои ! Это их работа !

Ты же молодая. Не должна ли ты делать, ну, ты знаешь... молодые вещи с... с... с молодыми людьми?

Страсть к убийству, как страсть к зачатию,
ослепленная и зловещая,
она нынче вопит: зайчатины!
Завтра взвоет о человечине...

Четыре колонны оппозиции прошли маршем по Якиманке и слились на Болотной в одну — Пятую.

Зачем людям кокаин , если каждый день можно есть шоколадные торты?

— Очередное письмо для мастера Тетраса?
— Торговая гильдия никогда не сдается. А что он сделал с прошлой пачкой писем?
— Когда я уходила, лорд Варрик начинал строить из них корабль.

Человечество напоминает альтернативный исход фильма-катастрофы: супергероев нет . Мир никто не спас.

Господи, научи меня не сомневаться, не искать компромиссов, а просто отрубать — и все.

Тревога может быть сигналом, который подаёт нам благоразумие . — Благоразумие способно только отсрочить неминуемое, но рано или поздно оно сдастся.

Дрейк быстро оценил ситуацию как опытный игрок и, поняв, что мы пока в безопасности, принялся стебаться над потенциальными врагами. — Акела, ты бы свалил с нашей дороги?! Мы и не из таких волков воротники на шубы шили. Иди, подобру-поздорову, в сторону горизонта! Иначе, мы рассердимся!

Женщина погасила поцелуйный порыв, дрогнула слезливыми очами:
– Прости меня, Виталик, прости! Я наняла Грома и Молнию, чтобы они тебя побили! За два литра водки.
– Что? – удивился профессор.
– Вот это любовь ! – пораженно прошептали студенты .

И вот, когда человек начинает в своем опыте борьбу за религиозное удостоверение, то он имеет тем больше надежды на успех , чем интенсивнее, чем глубже, чем подлиннее и искреннее его сомнение. Тогда оно становится зовом, исканием, просьбой, молитвой. Он «просит» и ему «дается»; он «ищет» и «находит»; он «стучит» и ему «отворяют» (Мф. 7:7–8). Настоящее религиозное сомнение есть, прежде всего, интенсивная и подлинная жажда узреть Бога. Душа , так сомневающаяся, не может быть ни безразличной, ни пассивной: самое сомнение ее есть живая сосредоточенность на Предмете и направленность в Его сторону; это есть разновидность предметной воли, это есть интенциональное состояние религиозного опыта. Это сомнение деятельно, настойчиво; оно в тревоге и напряжении; ему важно, ему необходимо разрешиться в положительную или в отрицательную сторону.

Если ты переживаешь о своих отношениях, уничтожь их, и беспокойство испарится.

Не всё на свете предназначено друг для друга .

— Рискуешь, — вымолвил Гесер, глядя на меня.
— Если позволите, шеф, то рискну, — сказал я, вставая. — Звоните, пишите, шлите телеграммы. Посылки не забывайте.

Он столько раз пытался начать все сначала, осмыслить прежнюю жизнь , что в конце концов осознал, чем он хотел и чем не хотел бы быть. Потерянные, постыдные дни, проведенные словно в спячке, казались ему теперь столь же опасным, сколь и необходимым испытанием. Он мог втянуться в эту спячку и разом потерять единственную возможность самооправдания. Но что поделаешь, нужно было пройти через это.

Когда-то целым поколениям доводилось прожить свой век , не видя существенных перемен ни в духовной, ни в материальной сфере жизни , а сейчас мы от этих перемен не можем просто перевести дыхание .

Мы должны оценивать возможности , которые нам выпадают. Они имеют далёкие последствия , которые либо помогут, либо разрушат вашу жизнь . Сиюминутная выгода привлекательна, но каковы её последствия ?

Сначала нет возможности , а потом — уже желания .