Цитаты на тему «» — страница 10

Между негативом и позитивом километры и километры серости.

Неуверенность разрушила столько возможностей.

Кретин, если бы я не был кучерявым, набил бы тебе морду.

«Ау меня есть новое название для боли».
«Да? Какое же?»
«Стиратель. Потому что во время приступов она стирает все, и больше ничего для тебя не существует — ни мыслей, ни чувств. Только желание избавиться от боли. А когда Стиратель становится особенно силён, то уничтожает и все, что делает нас личностями, превращая в жалкие существа с самыми примитивными инстинктами, преследующими одну-единственную цель: спастись от этого ужаса».

Хотя бы раз в бесконечной вселенной все сложится именно так.

Первое, о чём хочу сказать — что когда мне было четыре-пять лет, я всё время приставал к своей маме: откуда я? И когда мой вопрос ей изрядно надоел, однажды она мне сказала: я тебя купила на базаре. Я успокоился.

Преимущество девятого десятка в том, что никто не может придраться к твоей одежде.

Он доверительно наклонился ко мне, его восхищение можно было потрогать пальцами.

— А вот Гончаров, «Обломов» из серии «Библиотека школьника».
— Спасибо .
— Пожалуйста.
— Гончаров — в любой серии — Гончаров.
— Да. Лишний человек в галерее лишних людей...
— Ты не прав, Корешков. Не прав! Обломов — самый приятный, самый незлобивый, самый добрый, честный, чистый герой русской литературы! Разве это не понятно? Потому что Ольга чужая была, чужая, как Штольц. Они все умели забирать у людей, но разве было у них главное — любовь ?

Иногда при появлении счастья мы не кричим, не шепчем никаких слов, не смеёмся, не плачем, а просто спрашиваем себя, почему его не было раньше, а когда оно вдруг появляется перед нами, как сейчас, когда мы его уже не ждём, тогда мы, скорее всего, не знаем, что же нам теперь делать, плакать или смеяться, и нас охватывает тайная тоска , и мы боимся, что не сумеем с ним справиться.

У нас нет совсем мечты своей родины. И на голом месте выросла космополитическая мечтательность . У греков есть она . Была у римлян. У евреев есть. У француза — «chere France», у англичан — «Старая Англия». У немцев — «наш старый Фриц». Только у прошедшего русскую гимназию и университет — «проклятая Россия». Как же удивляться, что всякий русский с 16-ти лет пристаёт к партии «ниспровержения государственного строя». <...> У нас слово «отечество» узнается одновременно со словом «проклятие».
Посмотрите названия журналов: «Тарантул», «Оса». Целое издательство — «Скорпион». Ещё какое-то среднеазиатское насекомое (был журнал). «Шиповник». И все «жалят» Россию. «Как бы и куда ей запустить яда». Дивиться ли, что она взбесилась.

В Париже намного лучше рассказать о прочитанной в выходные книге, чем кичиться своим Rolex.

Что-то произошло в душе, и мир вдруг сделался беднее, холоднее.

Тертулиано Максимо Афонсо засмеялся пару раз, улыбнулся раза три или четыре, комедия оказалась не только легкой, как снисходительно выразился коллега математик, она была невероятно дурацкой, нелепой, настоящим кинематографическим выродком, логика и здравый смысл возмущенно кричали за дверью, требуя, чтобы им разрешили войти хотя бы в тех местах, где чудовищная глупость безнаказанно торжествовала победу.

Мой отец говорил мне, что если я не смогу постоять за себя перед всем миром и дать сдачи, то я прошел свою жизнь , рыдая и утирая слезы .

И последнее, возвращение иногда бывает опасней, чем самые опасные рейды по вражеским тылам.

— Какая глупость ! — произнесла она , глянув на свои туфли . — Не слишком цветущий вид — это в новых коричневых замшевых туфельках с двумя пуговками! Какая чушь !

Я не про группу, а про то, в честь чего ее назвали. Лимп Бизкит — это старый ритуал: собираются студенты и дрочат наперегонки на печеньку. Кто последний — тот ее съедает.

Жил-был на свете Антон Городецкий,
Бросила жена, он грустил не по-детски.
Пришёл к колдунье: «А ну-ка наколдуй мне!»
«Легко, мой хороший, только хлопну в ладоши,
И жена вернётся, от того отвернётся,
И маленькая жизнь внутри неё оборвётся».
Но вдруг налетели на ведьму тени
Привидений, говорят: «Не бывать преступленью!»
Ну что же ты, что ты потупила взор?
Сдавайся, ведьма — «Ночной Дозор».
И треснул мир напополам, дымит разлом,
И льётся кровь , идёт война добра со злом.
И меркнет свет , в углах паук плетёт узор,
По тёмным улицам летит «Ночной Дозор».

На определенном упорядоченном и «отфильтрованном» уровне организации жизненного опыта и всех имеющихся знаний в твоей голове ты неизбежно придешь к осознанию простой истины, которая заключается в том, что страх — это лишь сопряженная с невежеством бесполезная эмоция, которая у неосознанного человека любую ситуацию априори превращает в преграду перед желаемым, но освободившись от которой успех становится привычкой, а не мечтой.
Рано или поздно страх полностью покидает разум , оставив лишь инстинкт самосохранения.
Самое главное, чтобы страх покинул человека прежде, чем это сделает разум , иначе, увы, жизнью не насладиться.