Цитаты на тему «» — страница 16

Я заметил, что ты всегда всем улыбаешься, но это лишь вежливость . Твоя улыбка пуста и от этого немного неприятно. Такое ощущение, что за смехом ты прячешь свою боль .

Я превратился в ходячую энциклопедию, сборник ответов на бесконечные «что?», «когда?» и «где?», хотя на самом деле важны были лишь «почему?», на которые я не знал и не мог знать ответа и которые одни наполнили бы её жизнь смыслом.

Истории жизни так же уникальны, как и люди , которые их рассказывают, и лучшие из них — те, что имеют непредсказуемый финал.

Много недель я чувствовал себя разъятым, оторванным от своего прежнего «я», — и теперь, точно груда деталей, валяюсь на верстаке, покинутый конструктором и не знающий наверняка, как собрать себя воедино.

Все ценное в этом мире никогда не достается легко. Помни об этом.

Все мы стали солдатами на поле битвы за права потребителя, вооруженными чековыми книжками в виниловых обложках и стегаными кошельками.

Не всегда получается контролировать извержение психических газов.

Не слушай моих советов. И ничьих вообще. Доверяй только себе. Чем бы это ни завершилось в итоге, это твоя жизнь , и как ты ее строишь, касается только тебя.

Именно в ту ночь он, ещё ребенок, впервые лицом к лицу столкнувшись с ужасными пороками своего родителя, во многом лишился наивности.

Любовь способна многое одушевить.

Ты мой самый лучший друг, то лучшее , что есть во мне.

... в южных городках люди мало меняются, они просто чуть-чуть стареют.

Власти хорошо умеют говорить о том, что они сделали, но не о том, чего не сделали.

Человек ко всему привыкает, дайте только срок .

Если однажды вам придется выбирать между обещаниями гангстера и госчиновника, обращайтесь к гангстеру. Всегда. У учреждений – в отличие от индивидов – нет чести.

Прошлое есть у всех, но ведь оно уже в прошлом. На пережитом можно научиться, но его нельзя изменить.

В 1971 году психологи Дэнни Канеман и Амос Тверски решили помучить профессоров статистики вопросами, сформулированными не как статистические вопросы . Один был приблизительно таков (для большей ясности я поменял пример): представьте, что вы живете в городе, где есть две больницы — одна большая, другая маленькая. В определенный день в одной из этих двух больниц рождается 60 процентов мальчиков. В какой больнице это скорее могло бы произойти? Многие профессора делали ошибку (во время обычной беседы), называя большую больницу, в то время как суть статистики заключается в том, что большие выборки более стабильны и имеют меньше отклонений от долгосрочного среднего показателя (в нашем случае 50 процентов каждого пола), чем маленькие выборки. Эти профессора провалили бы экзамены , которые сами же принимают. Еще работая квант-инженером, я выявил сотни таких серьезных ошибок, сделанных статистиками, забывшими о том, что они статистики.

Есть мнение , что за память отвечает именно гиппокампус. Это самая творческая часть мозга; считается также, что она вбирает в себя весь негатив регулярных неприятностей вроде того хронического стресса, который мы постоянно испытываем от каждодневного впрыскивания отрицательных эмоций, — в противоположность «хорошенькому бодрящему стрессу» от внезапного появления тигра в вашей гостиной. Мы можем урезонивать себя сколько угодно, но гиппокампус принимает хронические стрессы всерьез, и начинается необратимый процесс атрофии. Вопреки расхожему мнению эти мелкие, внешне безобидные раздражители не делают нас сильнее; они способны искалечить нашу личность .

— Ладно, а это кто?
— Это Лардж. Тележки собирает в супермаркете. Имя Майкл Армстронг. У него мозги как у ребенка. Живет на Саммер-стрит с мамой и сестрой.
— А они хоть здоровы?
— Кто?
— Мама и сестра.
— Это одно лицо .

Нарушить запрет или нет — каждый определял сам, в зависимости от личных склонностей: я предпочитаю один сорт сигарет, ты — другой, что ж тут терзаться?