Цитаты на тему «» — страница 4

Они, никогда не робевшие ни в драке, ни перед необъезженным скакуном, ни перед разгневанными соседями-плантаторами, испытывали священный трепет перед беспощадным языком своей рыжеволосой матушки и ее хлыстом, который она без стеснения пускала прогуляться по их задам.

Скарлетт не выносила разговоров, главной темой которых не являлась она сама.

Боль , словно хищный зверь вонзила когти в её сердце .

Паршивый лицемер — а ведь порой бывает такой милый! Теперь она поняла, что пришел он вовсе не для того, чтобы поддразнивать ее, а чтобы увериться, что она добыла деньги , которые были ей так отчаянно нужны. Теперь она поняла, что он примчался к ней, как только его освободили, не подавая и виду, что летел на всех парусах, — примчался, чтобы одолжить ей деньги , если она в них еще нуждается. И однако же, он изводил ее, и оскорблял ее, и в жизни бы не сознался, скажи она напрямик, что разгадала его побуждения. Нет , никак его не поймешь. Неужели она действительно дорога ему — дороже, чем он готов признать? Или, может, у него что-то другое на уме? Скорее, последнее, решила она . Но кто знает. Он порой так странно себя ведет.

Я сама как Атланта, – подумала она . – Ни пожарам, ни янки меня не сломить.

Внезапно ей стало жалко его, так жалко, что она почти забыла и о собственном горе , и о страхе, рождённом его словами. Впервые в жизни ей было жалко кого-то, к кому она не чувствовала презрения, потому что впервые в жизни приблизилась к подлинному пониманию другого человека . А она могла понять его упорное желание оградить себя — столь похожее на её собственное, его несгибаемую гордость , не позволяющую признаться в любви из боязни быть отвергнутым.

— Ступайте прочь! Прочь от меня! Уходите, слышите? Я не желаю вас больше видеть. Никогда . Я буду счастлива, если вас разорвет снарядом! На тысячи кусков! Я...
— Не утруждайте себя подробностями. Основная мысль ваша мне ясна.

Мелани — единственная подруга, которая у меня была, — с грустью думала она , — единственная женщина, кроме мамы, которая по-настоящему меня любила. Да она для меня и была как мама, и все, кто знал ее, всегда цеплялись за ее юбки.

— Целовать меня я вам тоже не позволю.
— Зачем же вы тогда так смешно выпячиваете губки?

Женщины обладают такою твёрдостью и выносливостью, какие мужчинам и не снились — да я всегда так и считал, хотя с детства мне внушали, что женщины — это хрупкие, нежные, чувственные создания.

Жизнь человеческая слишком дорога — её ничем не оплатишь.

Если я могла убить, значит, это-то уж и подавно смогу.

Её буквально распирало от желания рассказать об этом во всех подробностях, чтобы, напугав других, самой избавиться от страха. Хотелось описать свою храбрость и тем убедить самое себя, что она и в самом деле была храброй.

Только потеряв так называемую «репутацию», вы начинаете понимать, какая это обуза и как хороша приобретённая такой ценой « свобода ».

Завтра будет совсем другой день .

Перепрыгнула через препятствие и поскакала дальше, как хорошая лошадка.

Я никогда не принадлежал к числу тех, кто терпеливо собирает обломки, склеивает их, а потом говорит себе, что починенная вещь ничуть не хуже новой. Что разбито, то разбито. И уж лучше я буду вспоминать о том, как это выглядело, когда было целым, чем склею, а потом до конца жизни буду лицезреть трещины.

Вы рождены, чтобы быть чьей-то женой. Так почему бы не моей?

Никогда не буду оглядываться. Слишком это больно, слишком терзает сердце , так что потом ты уже не на что не способен — все и будешь смотреть назад.... Вот что получается, когда оглядываешься назад — на то время , когда ты был счастлив, — одна боль , душевная мука и досада.

Ничто в целом свете не может нас подкосить, а вот сами мы себя подкашиваем — вздыхаем по тому, чего у нас больше нет , и слишком часто думаем о прошлом.